[Б.П.]
Забытая профессия

Книжное обозрение, № 004 / 30. 01. 2006

Чуковская Л. В лаборатории редактора / Вступ. ст. А.Мильчина. — 3-е изд., с прил. критич. статей. Архангельск: Правда Севера, 2005. — 511 с. 500 экз.

Книга Лидии Чуковской переиздана — пишу это с чувством исполнившейся исторической справедливости и с горьким осадком, потому что заявленный тираж — 500 экземпляров — просто смешон. А ведь, как отмечает автор вступительной статьи видный книговед Аркадий Мильчин, ничего лучше этой книги в области литературы по редактированию до сих пор не создано. Но сначала книгу изъяли из обращения по идеологическим причинам, а потом и вовсе позабыли; и даже на рубеже 1990-х, когда были опубликованы многие запретные произведения Лидии Чуковской, об этой работе никто не вспомнил — может быть, как раз потому, что ничего запретного в ней не было. В новый сборник вошли классическая книга «В лаборатории редактора», последний раз публиковавшаяся в 1963 году, и ряд статей, в том числе «Процесс прохождения» — непосредственно посвященная работе над рукописью в издательстве.

Чуковскую читаешь с нарастающим чувством удивления. Ведь мне знаком этот текст, первый раз я читал эту книгу еще в начале восьмидесятых… Но прошло немногим более двадцати лет, и русский язык изменился настолько сильно, что в принципе правильные советы и замечания Чуковской воспринимаются как нечто совершенно музейное. Неудивительно: в конце концов редактура — одна из составляющих технологии книгоиздания, такая же, как набор, верстка, печать или складирование. За минувшие двадцать лет исчезли наборные цеха, такие процессы, как верстка и печать, полностью изменились. Почему же перемены не должны коснуться и главной стадии производства книги — редактуры?

На самом деле Чуковскую забавно было читать и двадцать лет назад — взятые «из жизни» примеры текстов неизбежно производили впечатление пародий. Сегодня они выглядят еще и поразительно архаично. Вот повесть, о которой Чуковская пишет в статье «Процесс прохождения». «Сотни километров делает на дрезине главный герой повести, внештатный инструктор райкома партии, посланный расследовать по анонимному письму одно запутанное дело», — сообщает нам Чуковская, и, боюсь, для молодого читателя эта фраза требует страницы пояснений.

Редактирование художественного текста — это, по существу, процесс настройки уникальной авторской речи таким образом, чтобы ее смог воспринять читатель, «подгонки» книги к особенностям «массового слуха». Ведь рукописи в издательстве редактируют не потому, что они плохи, а для того, чтобы книги продавались. (Если вы экспериментатор, вам никакой редактор не нужен, он только все испортит. Но с экспериментаторами крупные издательства, как правило, не работают.) И в этом смысле содержание работы редактора не изменилось. А вот язык изменился невероятно. И еще сильнее поменялись эти настройки «массового слуха». Они изменились уже в начале восьмидесятых — тогда, читая Чуковскую, возникало четкое понимание того, сколь бедна была литература 1950-х, на примерах которой в значительной мере построена книга. Сегодня замечаешь другое — сколь далека советская литература от нынешней российской, как они не стыкуются друг с другом… Когда-то Андрей Синявский говорил о «стилистических разногласиях» с советской властью — так вот, именно эти «стилистические разногласия», а вовсе не злая воля новых издателей, и привели к тому глубочайшему кризису, который испытывает сегодня институт редактуры. Опытные редакторы просто не успели освоить новый язык, пришедший на смену языку советской эпохи, а у молодых редакторов не было практического опыта.

Книга Чуковской, однако, показывает, что редакторы и сейчас, и полвека назад сталкиваются со сходными проблемами: как распознать талант, как привести стиль в соответствие с содержанием, как избежать ошибок… наконец, как сделать так, чтобы книгу читали… Сама Лидия Корнеевна ссылалась на опыт тридцатилетней давности — и ничего удивительного в этом не видела. Редактор — единственный настоящий посредник между авторской мыслью и читателем, поэтому положение его всегда было уникально; ошибка или непрофессионализм редактора легко сведут на нет все усилия автора.

В нескольких своих статьях Чуковская повторяет — практически одними и теми же словами — важнейшую мысль: по мере увеличения выпуска книг «должно уменьшаться в редакциях количество людей случайных, неподготовленных и расти количество специалистов, мастеров своего дела; это значит, что должны улучшиться условия редакторского труда: увеличиться количество тихих комнат, уменьшиться количество заседании; это значит, что подсчет сданных редактором в производство листов должен перестать быть меркой плодотворной редакторской работы…» Кто из профессионалов не подпишется сегодня под этими словами? Но ведь пятьдесят лет назад сказано…