ИС: Огонек
НР: 49 (4532)
ДТ: 8 декабря 1997 года

N.B.Статья печатается только в части, имеющей отношение к Чуковским.
Полный текст этой статьи смотрите по ссылке: http://www.ogoniok.com/win/199749/49-46-48.html

СЕКУНДОМЕР


Дистанция первая. Букеровские страдания


Странное охватывает порой чувство, особенно вечером: да что же читать, черт возьми, когда нечего читать?

...Отсутствие чтения - вообще коварная вещь. Еще вчера занятые каким-нибудь новым, интересным, к тому же и денежным делом - мои старые знакомые меланхолически или ехидно спрашивали: а что, мол, неужели еще существуют толстые журналы, Союз писателей, да и сами писатели неужели живы, неужели не провалились в тартарары в наше ну очень интересное время?.. А сегодня, знаете ли, те же знакомые интересуются: а нет ли ЧЕГО ПОЧИТАТЬ, а? Еще вчера сводка новостей была главной духовной пищей, а сегодня - как встарь, друзья и знакомые передают друг другу книжечки - да еще и спрашивают: ну как, понравилось?

...Отсутствие чтения - коварная вещь. За какие-нибудь два-три года видеокассеты осточертели до рвотного рефлекса, телевизор совсем скурвился, ну а что до театров, концертов и ночных клубов с разнообразной культурной программой - вещь, разумеется, хорошая, но дорогая, а главное, несобытийная. В череде приятных досугов трудно понять, случилось ли оно - событие, которое ни с чем не перепутаешь, когда на диване, нервно жуя, листаешь страницу за страницей - и смотришь потом в потолок, опустошенный: неужели кончилось?

Отсутствие чтения - коварная вещь. Не о чем поговорить, когда выпьешь (приходится о деньгах - противно). Нечем промыть мозги, от постоянного засорения они быстро стареют.

Сам виноват, сам опаздывал выписывать толстые журналы, сам ленился погружаться в длинные, мелко набранные тексты, сам с отвращением отбрасывал современных писателей - уж больно занудны и холодны, сам холодно скользил взглядом по книжным лоткам - какое убожество!

И вот дожил - бегаешь, ищешь, спрашиваешь по знакомым, выискиваешь в газетах боевые сводки по поводу Букера или Антибукера, пытаешься понять из равнодушных или слишком маленьких книжных рецензий - ну так что, есть что-нибудь? Достало.

Так что, поверьте, тут отнюдь не профессиональные обязанности, а чисто читательская солидарность - хочу поделиться с вами: есть! Нашел! Могу рассказать, где грибные места!

Оказалось - недалеко...

Бум документальной литературы предсказывался критиками и писателями довольно давно, еще в восьмидесятые годы. Я помню, как, рецензируя книжку Светланы Алексеевич, покойный Адамович писал, что вот это и есть литература будущего, что на Западе документальные книжки давно в цене, ну а мы, как всегда, отстаем. Мол, меньше литературы, больше жизни! Помню, холодком ленинского декрета повеяло на меня от этой статьи - а правда, конечно, оказалась посередине.

Журналистика тут оказалась совершенно ни при чем: читатель действительно ждет документальных книг. Но... Вдохновляющим и освежающим чтением ни записки Коржакова, ни статьи Минкина, ни вообще любые газеты и журналы стать по определению не могут.

Ибо все они к чему-то принуждают, выжимают из нас какую-то реакцию, они в конечном итоге есть насилие над нашей психикой. Настоящее же чтение - это не насилие над психикой, а некоторое ее оздоровление. Есть такие странные книжки со стереоскопическими картинками. Расслабив глаза и придвинув к себе страницу, вы вдруг начинаете видеть объем в каких-то бессмысленных странных узорах. Немножечко терпения, и картинка становится восхитительно плотной и ясной.

Мне уже доводилось писать о том, что "Записки об Ахматовой" Лидии Чуковской, которые в этом году наконец-то вышли полным трехтомником, - это и есть настоящий современный роман с историческим сюжетом. Роман об отношениях двух великих женщин, роман о верности и любви, роман о великой и страшной сталинской эпохе. Но когда я писал эти заметки, мне лично казалось, что случай Лидии Чуковской как бы единичный, уникальный. Такова уж сила ее таланта - что обычные события, бытовые мелочи она постоянно преобразует в прозрения об ахматовской душе, о своей душе. И это трогает необычайно: никогда мне не забыть ту сцену, где Ахматова, потрясенная арестом сына, босиком, в одних чулках, бежит узнавать о его судьбе. При этом, как и любые мемуары, книга Лидии Чуковской наполнена страшным количеством незнакомых имен, упоминаний - читать ее надо, беспрерывно адресуясь к сноскам, погружаясь в этот прихотливый узор фамилий, знакомств, в череду ежедневных встреч. В бессмысленный, казалось бы, узор жизни. Но стоит расслабить зрение, отвлечься от исторической придирчивости, и...

Вот она - картинка!

Точно так же, не отрываясь, читал я дневник Корнея Чуковского (прочел второй том и начал только что переизданный первый): какие детали! Какие характеры! Какой страшный и щемящий сюжет его жизни...

Стоит чуть расслабить внутреннее зрение - и бесконечные дневниковые повторы (пили чай, приезжал такой-то), вся чепуха ежедневного существования вдруг приобретает огромный, бесконечный разворот и перспективу... Ну я не знаю, только с "Войной и миром" можно сравнить это чувство - чувство захлестывающего тебя жизненного потока, от которого невозможно оторваться.

Вокруг двух этих ГЛАВНЫХ книжек отца и дочери в этом году как-то собрались и остальные - мы начали перечитывать Берберову "Курсив мой", появились новые книжки - мемуары Катаняна о Лиле Брик, остроумные и изящные миниатюры Евгения Рейна о 50-х и 60-х годах ("Мне скучно без Довлатова"), записки княжны Васильчиковой... Список на этом не кончается, конечно. Каждое издательство стремится выпустить сейчас как можно больше мемуаров: артистов, чекистов, политиков, писателей. Магазинные полки и лотки просто завалены мемуарами. И то, что это порой книжки о литературе, о литераторах, почему-то совершенно не мешает. Может быть, есть тут какой-то внутренний секрет, фокус: литература падает с легендарной своей высоты, перестает быть мифом XX века, знакомые имена на ваших глазах перестают быть однозначно-культовыми, которые произносятся лишь с придыханием, - но и не обесцвечиваются, не опошляются, обрастают жизнью, плотью, тем самым бессмысленным узором знакомств, дружб, событий и совпадений...

Однако не объясняет это читательского успеха, спроса, не объясняет почему именно эти книжки сейчас все читают. Это не объясняет, что за картинка получается из узора.

Борис Минаев

ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ