ИС: "Изучение повести Л.К. Чуковской "Софья Петровна" в школе", Архангельск, МОУ "Общеобразовательная гимназия №3"
ДТ: 2007 год

Публикуется с любезного разрешения автора

Изучение повести Лидии Корнеевны Чуковской  «Софья Петровна» в школе (Конспект урока)

Маленькая, немощная лира.
Вроде блюдца или скалки, что ли.
И на ней сыграть печали мира!
Голосом ее кричать от боли.
Неприметный голос, неказистый,
Еле слышный, сброшенный со счета.
Ну и что же! Был бы только чистый.
Остальное не моя забота.
Л. К. Чуковская

Введение:

 Выбор произведения для изучения:

Книги Л. К. Чуковской необходимы современному человеку как воздух, и возможность знакомства с ними - это большая радость и для учителя, и для ученика. 8, 9 класс – это реальная возможность разговора о «Памяти детства» - книге о семье и для семьи. В 11 классе можно предложить анализ отдельной главы или эпизода из этой же книги. Если учитель говорит о творчестве Герцена в 10 классе, то параллели и связи с творчеством Чуковской абсолютно органичны и необходимы. 11 класс дает возможность разговора и о «Прочерке» как книге о любви и времени, и о «Софье Петровне», «Спуске под воду» в связи с темой «Человека в тоталитарном государстве» и не только, ибо это произведение продолжает традицию осмысления темы судьбы «маленького человека», которую современным языком можно обозначить как тему «жертвы истории». Безусловно, рассмотреть "Записки об Анне Ахматовой" – главную книгу Чуковской, необходимо. Ведь с их помощью можно было бы соединить уроки по Ахматовой с уроками по Чуковской, не нанося ущерба ни той, ни другой. Кроме того, замечательным материалом для исследования является публицистика Лидии Корнеевны. Возможен вариант интегративного урока истории и литературы «Слово – это поступок», где рассматриваются «Открытые письма» Л. К. Чуковской и ведется рассказ об исторических личностях, которых она защищала: И. Бродском, А. Синявском, Ю. Даниэле, А. Сахарове. Интересен интегративный урок физики и литературы "Кто этому не верит, с того талер", содержанием которого является удивительная история любви гениального физика М. П. Бронштейна и Л. К. Чуковской, запечатленная в повести «Прочерк».

Цели урока:
• Восстановить память о Л. К. Чуковской и ее книгах
• Соотнести весть Л. К. Чуковской с темами сегодняшнего дня, самыми больными духовными вопросами
• Воспринять слово Л. К. Чуковской как явление современности, ее личность как пример настоящей гражданственности и патриотизма, верности подлинным ценностям и любви к слову
• Развивать умения и навыки анализа художественного текста

Методы обучения:
• Просмотр презентации с помощью проектора и компьютера
• Просмотр эпизода из художественного фильма
• Анализ художественного текста

Оборудование урока:
1. Видеомагнитофон для показа отрывков из фильма «Софья Петровна».
2. Художественный фильм «Софья Петровна.
3. Мультимедийный проектор для трансляции презентации.
4. Магнитофон для музыкального сопровождения урока.
5. Выставки.
6. Раздаточный материал.

Время урока: 2 часа
1)1 час: «Владелица луча». Жизнь и судьба Лидии Корнеевны Чуковской.

Форма урока: компьютерная презентация.
Время: 45 минут

Возраст: 9, 10, 11 класс.
2) 2 час: «Испытание на верность». Размышления о повести Л. К. Чуковской «Софья Петровна».

Урок по повести Л. К. Чуковской «Софья Петровна»
Испытание на верность.

Любовь долготерпит… всему верит, всего надеется, все переносит.
Любовь никогда не перестает…
1. Кор. 13-4

Лидия Корнеевна Чуковская - это один из самых непрочитанных и непонятых писателей 20 века, а между тем ее называли ангелом-хранителем, совестью русского народа, безупречным лицом в опыте культуры сопротивления.

 Современный человек имеет весьма общее представление о «заслугах» этой мужественной женщины перед русской литературой. Возможно, отчество заставит вспомнить об отце, Корнее Ивановиче Чуковском. Возможно, ее имя запечатлелось в памяти в связи с историями судьбы Сахарова, Солженицына, Бродского. Но, как справедливо писал С. А. Лурье, « Л.К. Чуковская дожидается нас в иной, человечной и умной России».

Ее книги, как воздух, необходимы именно молодому человеку, всерьез задумывающемуся о вопросах свободы личности, выбора пути жизни.

 Уникальность повести «Софья Петровна».
Самуил Лурье писал: «Погибни она (Лидия Корнеевна) году в сороковом, автором только "Софьи Петровны" - то есть тетрадки с повестью, - ей простили бы безупречную жизнь: за то, что короткая и не при нас, нам не в укор. Явись эта повесть в печать, скажем, в начале шестидесятых - другая была бы слава, с настоящей любовью, - да и мы жили бы сейчас, пожалуй, в стране хоть немного другой».

Ценность этого произведения в правдивом свидетельстве. Отношением к сталинскому прошлому нашей истории, вцепившемуся когтями в наше настоящее, - писала Лидия Корнеевна в статье "Не казнь, но мысль, но слово", - определяется сейчас человеческое достоинство писателя и плодотворность его работы".

 "Я хочу, - писала она там же, - чтобы винтик за винтиком была исследована машина, которая превращала полного жизни, цветущего деятельностью человека в холодный труп. Чтобы ей был вынесен приговор. Во весь голос. Не перечеркивать надо счет, поставив на нем успокоительный штемпель "уплачено", а распутать клубок причин и следствий, серьезно и тщательно, петля за петлей, его разобрать..." Но ученики 10 или 11 класса не имеют адекватного представления об эпохе сталинизма. Произведения, посвященные этой теме, не воспринимаются «горячо», не связываются с проблемами сегодняшнего дня, не утоляют голод по ответам на «вечные» вопросы молодого человека, да и «вечные вопросы» не «те».

Учителю важно показать, что «это повесть о тридцать седьмом, написанная зимою тридцать девятого-сорокового, непосредственно после двухлетнего стояния в тюремных очередях. «Я и до сих пор (1974) не знаю ни одной книги о тридцать седьмом, написанной в прозе з д е с ь и т о г д а», - писала Л.К.Чуковская.

 На фоне «возвращенной» в конце 80-ых литературы эта повесть «потерялась», и у нас есть возможность прочитать ее практически впервые.

 Экспозиция урока:

Важно создать эмоциональную атмосферу, которая поможет создать ощущение этого ирреального времени: страха, замкнутости, тяжести, одиночества, отчаяния, одним словом, ада.. Это поможет сделать музыка, картины немецких экспрессионистов (Мунк «Крик», Пикассо «Герника»). Черные шторы, портреты Сталина, выставки вещей, газет времени помогают создать пространство урока, где уже на невербальном уровне человек ощутит атмосферу произведения - Ада, в котором человек сходит с ума, теряя все связи с окружающим его миром.

Уже на перемене можно дать возможность ребятам познакомиться с выставками; в это время уже может звучать музыка, настраивающая на урок.

На стенах класса могут быть помещены некоторые вопросы, которые задавала в своих произведениях Л. К. Чуковская. Например: Чем только не оборонялись люди от истины! До полного извращения понятий, до полной незрячести! Кто предписывал заказать донос на того человека, а не на этого? Где ленинградский Бабий Яр?

Где московский? Где…Зачем лагеря? Как объяснить человеку, что ложь бывает совершенно чистой, без малейшей примеси правды? Ради чего я пишу, ради чего я спускаюсь под воду? Ради будущих братьев, которым я все расскажу.

Выставки:
1. Книги об эпохе сталинизма: М. Булгаков «Мастер и Маргарита»,А. Солженицын «Архипелаг Гулаг», А. Приставкин «Ночевала тучка золотая», В. Гроссман «Жизнь и судьба» и другие.
2. Произведения, ассоциативно близкие атмосфере книги Л. К. Чуковской: Ф. Кафка, Д. Оруэлл.
3. На доске или стенах класса большие репродукции картин: П. Пикассо «Герника», Э. Мунк «Крик».
4. Выставка газет времени эпохи сталинизма. Портреты Сталина.
5. На стенах класса вопросы, которые были поставлены Л. К. Чуковской в своих произведениях.

Оформление доски:

Название урока: Испытание на верность.

На доске:

Л. К. Чуковская. Портрет. Годы жизни (24 марта 1907 – 7 февраля 1996).
Ключевые слова о личности: Аскетичная. Прямая. Достойная. Бескомпромиссная.
Мужественная. Жертвенная. Любящая. Строгая. Заступница. Плакальщица эпохи.
 

Основные вехи судьбы повести «Софья Петровна»:
Написана – ноябрь 1939-1940 г.
Издана впервые – Париж, 1965; США, 1966г.
В России – 1988г.
Также важно поместить на доске ключевую оппозицию урока:
- «…растопила дыханием корку лжи на окошке в ад», - писал С. А. Лурье о Л. К. Чуковской
- «растоптала» (ключевое слово о героине повести «Софья Петровна»)

Вопрос урока:
Является ли слово Лидии Корнеевны Чуковской сегодня необходимым человеку как воздух?

Возможные эпиграфы:

Один читатель сказал мне: «Ваша повесть – измерительный прибор. С помощью этого прибора каждый может измерить, сколько в нем самом живет еще рабьего, тупого, глухо-слепо-немого».

 Как одной фразой описать всю русскую историю? Страна задушенных возможностей (Александр Солженицын «Архипелаг Гулаг»).

"Память - драгоценное сокровище человека, без нее не может быть ни совести, ни чести, ни работы ума… Память о прошлом надежный путь к настоящему" (Лидия Чуковская).

Мысль О. А. Седаковой:
 «Посредственный человек - это человек бесконечно манипулируемый, то есть такой, которого легко принудить к чему угодно. Именно того, кто не боится, кто видит вещи как есть, принудить потруднее. Во-вторых, этот посредственный человек настаивает на все большей и большей герметизации мира, замкнутости от всего иного, поскольку во всем другом есть риск».
! При подготовке к уроку можно предложить ученикам индивидуальные задания:
1. Смысл имени главной героини.
2. Портретная характеристика героев.
3. Символика слов «скучно», «интересно», «вдруг» в повести.
4. Внутренний монолог главной героини как средство выражения сознания «человека большинства».
5. Символика света, огня в повести.

Ход урока:
Вступление:
Слово учителя:

Чтобы подготовить класс к постановке проблемы, необходимо показать, какое значение имела эта повесть для самой Лидии Корнеевны. Это повесть - исповедь, Повесть - спасение, повесть - боль и ее преображение, повесть - воплощение памяти, послание нам. Л. К. Чуковской «Прочерк»: стр. 328, т. 1, - «Матвей Петрович погиб…Меня оставили жить, оставили обдуманно или случайно – не знаю. Тридцать седьмой рвался из меня наружу. Когда я купила толстую школьную тетрадь и взялась за перо, выяснилось, что не менее, чем Митина гибель – да, стыжусь, не менее – потрясла меня собственная доверчивость ко лживости пустопорожних слов, способность обманываться и обманываться до той поры, пока тебе, лично тебе, не пододвинут стул ногою и не ткнут тебя сапогом в лицо. Братья, отцы, сыновья, племянники, тесть или свекровь, товарищи, друзья запытаны, избиты, расстреляны, отправлены умирать на Север – а я? «Можешь не писать – не пиши»,- завещал нам Лев Толстой. Я не писать не могла. Повесилась бы, если бы вольно или невольно не закрепила на бумаге пережитое. Покончила бы с собой, как кончают предатели. Надеялась ли я - тогда, зимою, 39-40-года, схватясь за перо, что мои соотечественники когда-нибудь прочтут и поймут?

 Повинуясь особому устройству своей души, она стремилась закрепить в слове свой фактический и эмоциональный опыт. О том, чтобы опубликовать в ближайшем будущем произведение, приравнивающееся к документу о 37-м, нельзя было и помыслить. Чуковская писала "Софью Петровну" больше для себя, чем для читателей: «Ни на что я не надеялась. Никого я не собиралась вразумлять и спасать. Я спасала себя. Как всегда, как всю мою жизнь, спасалась литературой, искусством. Но на этот раз не чужим искусством, а своим. Удалось ли мне создать художественное произведение? Быть может – нет».  Это стихотворение было написано, когда она везла рукопись своей повести «Софья Петровна» из Ленинграда в Москву.

А рядом – боль моя лежала
в той старой папке, в стороне,
а мимо родина бежала,
в глаза заглядывая мне.
Она – не пристально глядела,
так, мимоходом, васильком
да огоньком, ей много дела
в дому неприбранном своём.
Со стен смывает крови пятна
для новых пятен, может быть,
из недр ведёт детей обратно –
  не всех успела пристрелить.
И снова, как во дни былые,
во дни застенка и войны
не до меня моей России,
моею болью – не больны.
Но где-то там, за поворотом,
Там - там, ручаюсь головой,
за пропастью, за горним взлётом,
за кладбищем, верней всего -
  она разыщет папку эту,
и боль своею назовёт,
и голосом, подобным свету,
  мои слова произнесёт.

Тетрадку с рукописью взял на хранение Исидор Моисеевич Гликин. Обладавший крепким здоровьем Исидор Гликин погиб в блокаду, но за два дня до смерти передал тетрадь тяжело больной сестре, сердечнице, приговоренной врачами еще в детстве. Чего в этом поступке больше - судьбы или чистой случайности, промысла или предчувствия? Розалия Гликина умерла в середине 50-х, известие о смерти пришло в Москву с опозданием. В старой коммуналке Л. Чуковская задает соседям вопрос об имуществе покойной.- Да какое там имущество... Корзина у таких-то, живут где-то на Петроградской, фасад облицован кафелем. В справочном бюро наличие кафеля не учитывается, но Л. Чуковская его отыскала.- Да какое там имущество, - сказали в другой коммуналке. - Тетради нет. Пожалуйста, убедитесь сами. Лезьте на антресоли, нам возиться в пыли незачем. На дне корзины под стареньким, но аккуратно сложенным бельишком лежала тетрадь. Тетрадочка с рукописью чудом уцелела в блокадном Ленинграде и оказалась единственным свидетельством современника о том, что творилось на воле, запечатленным по живому следу событий.

В сентябре 1962 г. повесть была предложена в «Советский писатель», подготовлена к изданию и остановлена после того, как Никита Хрущев решил поделиться с народом некоторыми своими соображениями об искусстве вообще и о литературе в частности.

Впервые повесть увидела свет в 1965 г. в Париже, где она была опубликована под другим названием («Опустелый дом») и с измененными именами некоторых героев, затем в 1966 г.— в нью-йоркском «Новом Журнале». В романе «Бодался теленок с дубом» Александр Солженицын вспоминает, как либеральные сотрудники журнала «Новый мир» «Софье Петровне» предпочли «Ивана Денисовича». Что не случайно, ведь в «Иване Денисовиче», в отличие от повести Лидии Чуковской, теплился пресловутый «лучик надежды». В феврале 1988 «Нева» печатает повесть «Софья Петровна» Лидии Чуковской. Это становится первой публикацией Лидии Чуковской после исключения из Союза писателей в 1974 г. В феврале 1988 года "Софья Петровна" вышла в "Неве". Главлитовский цензор, соответствуя "ветрам перемен", попросил заменить только слово "спецотдел" (речь шла о редакции, где работала героиня повести, - об обязательном для любого учреждения минифилиале КГБ) на Отдел кадров или, в крайнем случае, на Первый отдел. Лидия Корнеевна передала в редакцию следующее: "Ни одного слова менять не буду, - я к этому была готова. Пятьдесят лет я ждала, подожду еще пятьдесят". Когда редактор Самуил Лурье (по ее словам, "виновник моего второго рождения в литературе") передал эту фразу наверх, прибавив что-то о возможном международном скандале, - "усталость паровоза" сработала: ОНИ махнули рукой. Повесть вышла.

Завязка урока:

А. А. Ахматова плакала, когда Чуковская читала ей "Софью Петровну".

Что Вы почувствовали, закрыв последнюю страницу этой книги?

Что Вы можете сказать о характере прозы Чуковской, ритмическом рисунке повести? (чтобы облегчить восприятие прозы, можно прочитать вслух первый абзац повести).

Комментарий учителя:

С одной стороны, можно говорить о простоте выражения, отсутствии усложненного словаря и синтаксиса и вместе с тем сложности восприятия действительности, большой душевной тонкости и сочувствии ближнему. С другой - монотонный, однообразный, неживой ритм повествования является одним из средств выражения (гневной?) авторской позиции. Авторская точка зрения выявляется с помощью интонации, и композиционной системы, и ритма повествования, однообразного, одноцветного, напоминающего строки газет, тем самым отражающего лейтмотив времени. Ритм – характеристика эпохи и мышления рядового советского человека. Сама действительность - действующее лицо повести. Фактура повести - строгое, концентрированное письмо, точность деталей, увод мотивировки поведения внутрь поступка (так, действия Наташи свидетельствуют о ее любви к Коле, а непосредственно об этом в повести не сказано ни слова). Монтаж точек зрения занимает очень важное место во внутреннем мире повести – это один из способов выражения авторской позиции. От чьего лица ведется повествование? Что это дает автору?

Комментарий учителя:

В целом, это повествование от третьего лица, включающее в себя точку зрения героя и его социально-бытовой среды, а также голос повествователя. Подобно чеховской прозе повествование ведется «в тоне и духе героя», то есть события повести изображены с точки зрения Софьи Петровны, как бы изнутри нее. Но рядом с этим наивным взглядом постоянно присутствует другой взгляд, другая точка зрения - авторская. Эта точка зрения нигде не высказывается напрямую.

Лаконизм этих произведений - это лаконизм чеховской психологической школы, когда многое остается в подтексте, читается между строк.

У Лидии Корнеевны было главное достоинство хорошего мемуариста – умение высказать собственный взгляд на вещи, не привлекая к себе излишнего внимания.

«Вообще простота от полноты прямого значения характерна для манеры Чуковской. Она пишет всем составом жизни» (В. Леонович).

Зачем Чуковской, по своей природе предрасположенной к автобиографической прозе, понадобилась героиня?

Комментарий учителя:

«Необходимо было написать о чужом и о чуждом» (Ю. Б. Сычева). Очень важно, чтобы ученики разделяли образ автора и ее героиню, Софью Петровну, несмотря на то, что действительно повесть написана по следам событий, произошедших с самой Лидией Корнеевной. Важно подчеркнуть, что повесть - это преодоление мироощущения «рядового, обыкновенного человека», неспособного мыслить духовными категориями. «Повесть «Софья Петровна» была единственным способом снять со своего горла удавку совести…,- писала Л. К. Чуковская.-У меня явилась мысль запечатлеть тридцать седьмой, да еще от имени непонимающей…»

О чем эта книга?

Точки зрения:

«Эта книга – сгусток сознания или бессознания тех «непонимающих», которых я видела в очередях да и вокруг. Я писала о том, как мать, теряющая сына, заплутавшись в пересечении реального и мнимого, медленно сходит с ума…В своей повести я попыталась изобразить такую степень отравления общества ложью, какая может сравниться только с отравлением армии ядовитыми газами»…Я, собственно, хотела написать книгу об обществе, поврежденном в уме», - писала Л. К.Чуковская, - Я не знаю, что больше всего потрясло меня в тридцать седьмом: зверства властей или степень человеческой глупости? (об этой ранящей душу, ненавистной мне, но пронзающей жалостью глупости и была написана повесть «Софья Петровна» ) Истинно сказано у Блока:

…всему венец –
Человеческая глупость,
Безысходна, величава,
Бесконечна…»

 «Повесть рассказывает о крушении оптимизма. В ней нет анализа событий тех лет, но восприятие этих событий простым советским человеком дано с изумительной силой» (Ю. Мальцев).

«Повесть о том, как технология скотобойни втесняется в мораль мыслящего сырья» (С.А. Лурье).

Разработка проблемы:

Ученикам предлагается зачитать и сравнить 2 портрета героини: в начале повести и через год после ареста сына.

В начале повести мы видим бодрую, подтянутую, педантичную женщину, которая нравится себе, чувствует свою значительность: "Распределять работу, подсчитывать страницы и строчки, скалывать листы - все это нравилось Софье Петровне... Она стала завивать свои рано поседевшие волосы и во время мытья добавляла в воду немного синьки, чтобы они не желтели. В черном простом халатике - но зато в воротничке из старых настоящих кружев, с остро очиненным карандашом в верхнем кармане, она чувствовала себя деловитой, солидной и в то же время изящной. Машинистки побаивались ее и за глаза называли "классной дамой".

Пройдет только полгода, и уже ничто не напомнит нам прежнюю Софью Петровну. "...Она не встала с постели. Ей больше незачем было вставать. Не хотелось одеваться, натягивать чулки, спускать ноги с кровати.

Беспорядок в комнате, пыль не раздражали ее... Изредка она откидывала одеяло и простыню и смотрела на свои ноги: огромные, отекшие, как водой налитые".  Софья Петровна в начале повести и в конце - это два человека, которые не узнали бы друг друга, окажись они рядом, лицом к лицу. Через год после ареста сына: "Из зеркала смотрела на нее сморщенная старуха с зелено-серыми седыми волосами".

Что произошло с героиней? В чем причина такого страшного перевоплощения?

Точка зрения автора:

«Я писала о том, как мать, теряющая сына, заплутавшись в пересечении реального и мнимого, медленно сходит с ума» Л. К. Чуковская.

На какие смысловые части можно разделить повесть?

Комментарий учителя:

Нетрудно заметить, что "Софья Петровна" не композиционно, а как бы интонационно делится на две части.

Можно ли первую часть(шесть глав) назвать сатирой, вызывающей не смех, а содрогание?

Точка зрения: «Повесть Лидии Чуковской "Софья Петровна" занимает особое место в ряду произведений, в которых трагическая ирония является текстообразующей» (М.Ю. Орлов).

 Точка зрения: «Интонация, с которой Чуковская описывает Софью Петровну, несмотря на мнимую сдержанность, сравнима со звуком настигающего бича, и как удары сыплются детали биографии. Первые шесть глав - это сатира, едкая, горькая, больная, свидетельствующая об очень глубоком неприятии автором явления, против которого она направлена – мещанства, или как об этом говорил Герцен, большинства, - костяк которого составляют люди, "невзошедшие в мысль"(Ю. Б. Сычева).

! Готовясь к уроку, ребята составляют таблицу «до 37», отвечая на вопросы по первым 6 главам повести, обращая внимание на символику ключевых слов «скучно» и «интересно».
• Что интересно Софье Петровне? Чему она радуется?
• Что кажется ей скучным?
• О чем она задумывается? О чем предпочитает не думать?
• В чем она видит смысл своей жизни?
• Во что верит?
• Самый счастливый и самый торжественный моменты в ее жизни.

Действительно 3 года в издательстве были лишь «служебной» жизнью для Софьи Петровны. Ей нравилось распределять работу, подсчитывать страницы и строчки, скалывать листы. Такая работа требует внимания, аккуратности, пунктуальности, но усилия ума и души ею не востребованы. Служба стала центром ее жизни, и она не замечает «мрачных» людей вокруг, и, хотя советские романы казались ей скучными, она была польщена, что ей доводилось читать их первой. Первое собрание служащих издательства тоже показалось ей скучным, она плохо понимает, о чем речь, ей хочется уйти, но вскоре и собрания перестали быть скучными. Похвала директора меняет взгляд на мир: люди показались ей удивительно добрыми, красивыми. Она «мало задумывалась над тем, для чего…существует профсоюз, но ей нравилось разлиновывать листы бумаги и отмечать в отдельных графах, кто заплатил за нынешний месяц, а кто нет, нравилось наклеивать марки, сдавать безупречные отчеты…», нравилось шутливо напоминать директору о его долгах.

Торжественным событием для нее является выступление на общем собрании служащих от имени беспартийных о повышении производительности труда. «Какая жалость, что вы не служите»,- говорит она жене милиционера,- как это много дает в жизни. Особенно если ваша служба имеет касательство к литературе». Сразу можно вспомнить героя гоголевской «Шинели» Акакия Акакиевича, который столь же «вдохновенно» переписывал бумаги и, наконец, все свои мысли, мечты, надежды воплотил в шинель. Сравнение уместно, потому что тема Чуковской так же, как и у Гоголя, трагедия невоплощенности маленького человека, трагедия обычного, такого же, как и мы, человека, не узнавшего своего призвания. Духовная жизнь Софьи Петровны не становится насыщеннее и дома. Вечера она проводит в разговорах с сыном о его успехах или Наташей о своей прошлой любви, об их общих коллегах. Интересы Софьи Петровны не простираются дальше быта. "К добру и злу постыдно равнодушна" она живет не вдумываясь в жизнь, и жизнь проходит перед ее глазами также быстро и незаметно, как бесконечные полустанки перед взглядом пассажира, путешествующего из пункта А в пункт Б.  О том, что Софья Петровна – человек, не имеющий самостоятельных мыслей, говорит и то, как проводит она отпуск: «пустые дни, с тиканьем часов, разговорами в кухне и ожиданием Коли к обеду». Все, что говорил Коля, все, что писали в газетах, казалось ей..вполне естественным». Сын –«честный комсомолец». Любимое развлечение – кино о летчиках и пограничниках. «Ей нравились новые песни, зазвучавшие с экранов,- особенно «спасибо, сердце!» и «если скажет страна – будь героем», нравилось слово «Родина». От этого слова, написанного с большой буквы, у нее становилось сладко и торжественно на душе». В свой счастливый день, когда ей преподнесли цветы от партийной организации и месткома, она ставит их под полку с собранием сочинений Ленина, рядом с маленьким бюстом Сталина. Весь день у нее было тепло на душе».

И конечно, высшей радостью был момент, когда героиня на первой странице «Правды» видит портрет своего сына, по которым написано: «Энтузиаст производства, комсомолец Николай Липатов, разработавший метод изготовления долбяков Феллоу на Уральском машиностроительном заводе». Ребятам могут показаться смешными и нелепыми эти детали, но именно они и показывают абсурдность мира, в котором живут эти люди.

 Особенно учителю стоит обратить внимание на те детали текста, когда автор рассказывает о вопросах, о которых Софья Петровна предпочитала не задумываться. Так, например, когда Наташа рассказывала о том, что ее не приняли в комсомол, «Софья Петровна поспешно переводила разговор на другое». После отказа на второе заявление Наташи, Софья Петровна искренне недоумевает: «…почему, собственно, ее не принимают?»

«Шел третий год служебной жизни Софьи Петровны. Ей повысили ставку: теперь она получала уже не 250, а 375»,- читаем мы и вспоминаем историю деградации духа чеховского Ионыча.

Рефлексия:
- А что здесь необычного?- спросят ученики.
- Нормальная, обычная жизнь обыкновенного человека.
Да, Софья Петровна – обычный человек, но попавший в страшные обстоятельства и сломавшийся, обезумевший.

Развитие проблемы урока:

Можно ли к этой героине приложить слова, сказанные О. А. Седаковой:

«Посредственный человек - это человек бесконечно манипулируемый, то есть такой, которого легко принудить к чему угодно. Именно того, кто не боится, кто видит вещи как есть, принудить потруднее. Во-вторых, этот посредственный человек настаивает на все большей и большей герметизации мира, замкнутости от всего иного, поскольку во всем другом есть риск».

Точка зрения:

Н. Я. Мандельштам писала, что «Софья Петровна не просто обыкновенная женщина, не слепой крот, не случайность и не обывательница. Она жила во всех и каждой. То, что показано на ней, — это основная движущая сила времени, претворившаяся во всех членах общества. (...) Тем важнее ваша повесть для тех, кто уже выздоравливает. Ведь это одна из вещей, которые действуют как противоядие или сильнейший антибиотик».

Что имела в виду Лидия Корнеевна, когда писала, что « Софья Петровна – имя нарицательное»?

Точка зрения автора:

«Имя героини – имя нарицательное, имя ослепшего, оглушенного, живущего призраками общества . Моя героиня верит не тому, что она видит и прочно знает сама – что сын ее – труженик, комсомолец, увлеченный своей работой, - а вымыслу. Действительность опрокидывает вымысел и, опрокинув, доводит Софью Петровну до повреждения рассудка… (Л. К. Чуковская).
Тезис учителя: «Софья Петровна» - это драма человека не думающего, а следовательно, явление вневременное, касающееся каждого из нас.

Рефлексия:

 Что есть в каждом из нас от Софьи Петровны?
Обобщение учителя: Неспособность думать самостоятельно, все принимая на веру, готовность в нужное время произносить нужные мысли хором, жить только заботами дня сегодняшнего, не задавая вопросов, полагаясь, что все в государстве устроено разумно.

Развитие проблемы урока:

Во второй части повести, которую условно можно озаглавить «Ад», страшные события в книге следуют одно за другим: бухгалтер рассказывает о том, что в городе арестованы многие врачи, и среди них – доктор Кипарисов, Колин крестный, арестован заведующий типографией Герасимов, арестован директор Захаров, …арестован Коля.

 Человек, живущий в такой реальности, неминуемо совершает выбор между попыткой найти истину и принятием лжи.

Тезис учителя: Во второй части повести ключевым становится мотив заблуждения, ослепления героини, который раскрывается в том числе и через прием «перевернутой ситуации». «То, что Софья Петровна, аккуратная в работе до последней буковки, всем существом не выносившая опечатки машинисток, оправдывает роковую опечатку Наташи,- проявление характерного для повести приема «перевернутой ситуации». Еще один пример этого приема: в начале повести Софья Петровна на стук в деревянное окошечко открывает его и принимает бумаги, но проходит время, и Софья Петровна оказывается «по другую сторону» окошечка – дни и ночи она простаивает в очереди к деревянному окошку, которое захлапывается перед нею раньше, чем она успевает произнести вопрос о сыне. Прием «перевернутой ситуации» служит способом выражения авторского осуждения действительности – это она, действительность, «переворачивает людей, логику их жизни» (Л. Малер)

Найдите в тексте вопросы, которые задают Наташа Фроленко и Алик. Почему таких же вопросов не задает Софья Петровна?

Наташа: «Как вы думаете... чем объяснить, что Коля сознался? Можно сбить, запугать человека, но это в мелочах только.

Как можно было так сбить Колю, чтобы он сознался в преступлении, которого никогда не совершал? Этого я, как хотите, не пойму. И отчего все признались? Ведь всем женам говорят, что их мужья признались. Всех били».

 Алик: «Как вы себе мыслите, Наталья Сергеевна - спросил он, прямо глядя на нее из-под очков блестящими глазами - там в тюрьме, все такие же виноватые, как Коля? Что-то в очереди все мамаши сильно смахивают на Софью Петровну»

 «Волчий паспорт, так я понимаю, выдали нам. Ну и мерзавцы! И откуда это вдруг столько сволочей всюду набралось? - вскипел Алик».

 «- Колька Липатов - террорист - захлебнулся от возмущения Алик, - сволочи - вот сволочи. Да это же курам на смех! Знаете, Софья Петровна, я начинаю думать так: Это какое-то колоссальное вредительство. Вредители засели в НКВД - вот и орудуют. Сами они там враги народа».

Просим ребят проанализировать, обобщить, как ведет себя героиня, встретившись со злом.

Тезис учителя: Осмыслить все происходящее Софья Петровна не способна. О. А. Седакова писала, что «…когда зло принимает откровенно инфернальные формы, а страдания превосходят все меры, как это, допустим, было при Гитлере в Германии, при Сталине у нас, то тогда союз со злом или даже мирное с ним сосуществование определенно делают для человека невозможной встречу со своим внутренним миром, с его старой правдой…». Возможно, поэтому увидеть зло в лицо Софья Петровна, как и многие из нас, не может: мешает узость внутреннего пространства мысли, невыявленность внутреннего голоса правды, заглушенного штампами.

Кирова убили негодяи…изверги...доктор Кипарисов – такой почтенный старик, и вступил в бандитскую шайку. Софья Петровна, как любой рядовой гражданин, уверена, что» в нашей стране с честным человеком ничего не может случиться…Раз …не виноват, значит, все будет хорошо…». Коля не виноват, значит, он уже вернулся…. А ключа от комнаты нет…

Одной из ключевых в повести является сцена в тюремной очереди. Чтобы достичь максимального погружения во внутренний мир героини, учитель предлагает посмотреть отрывок из фильма «Софья Петровна», иллюстрирующий этот эпизод.

Что в поведении героини кажется вам наиболее странным, нелогичным?

Комментарий учителя:

 «Подумать только, все эти женщины – матери, жены, сестры вредителей, террористов, шпионов! А мужчина – муж или брат.. На вид они самые обыкновенные люди, как в трамвае или в магазине. Только все усталые, с помятыми лицами «Воображаю, какое это несчастье для матери узнать, что сын ее вредитель…Жалко их, конечно, по-человечески, особенно жалко ребят,- а все-таки честному человеку следует помнить, что все эти женщины – жены и матери отравителей, шпионов и убийц». Эти слова женщины, стоявшей рядом с людьми, как и она попавшими в «мясорубку» 37 года, выражают замкнутость Софьи Петровны, ее нежелание назвать вещи своими именами, посмотреть в лицо правде.

Развитие проблемы урока. Выход на философское обобщение:

Что должен иметь в себе человек, чтобы отстоять свою внутреннюю свободу при ограничении свободы внешней и жить вопреки общим (негативным) тенденциям времени?

Как преодолеть страх, выстоять, сохранить достоинство и не «сломаться»?,

Отвечая на эти вопросы,динтересно сопоставить состояние самой Л. К.Чуковской после ареста мужа и ее героини, Софьи Петровны. «К более сложному пониманию окружающей действительности мы оказались неподготовленными…Учились, учили других – а сами встретили беду неучами…я не в силах была рассуждать, думать…я была оглушена происшедшим и не готова к случившемуся…в онемении бешенства сидела я на стуле…тогда, в тридцать седьмом, я пребывала в беспамятстве.

Меня одолевала жажда не видеть, не слышать, не знать, не помнить, забыть и забыться любой ценой хоть на час, хоть на минуту – и другая, противоположная, встречная жажда: видеть, понимать, помнить, где бы я ни была, что бы ни делала,- помнить, сознавать, не забывать. И действовать, спасать, бороться…Нельзя сказать, чтобы я была мертвая – нет, живая, но жила я не жизнью, а каким-то подобием жизни…эта «не-жизнь» лишена в моем теперешнем сознании хронологической последовательности, связи, как в ту пору лишена была осмысленности».

Обобщение учителя:

Обе героини встретились со злом лицом к лицу и оказались в растерянности, беда пришла неожиданно, но Л. К. Чуковская вышла из этого состояния онемения, не сошла с ума, не потеряла связи с окружающими людьми.

Что помогло ей сопротивляться злу?

Нужна была личная прикосновенность к общему горю и способность, поднявшись над горем личным, трезво судить ближнего и сострадать ему. Нужна была свобода от страха, отвага мысли и способность совершить нравственный поступок. Лидия Корнеевна Чуковская – человек, осознававший свою неразрывную связь с культурой, традициями русской литературы. Для нее процесс созидания, хранения, сбережения памяти – это один из важных путей спасения через преодоление временного; желание запечатлеть свою боль, разделив ее со всеми, осознавая свою боль как всечеловеческую. Проведя в страшные годы ежовщины семнадцать месяцев в тюремных очередях, Ахматова создает мемориал всем жертвам сталинской тирании - поэму «Реквием», запечатлевая черты времени со всей его чудовищной жестокостью преображая неизбывные страдания в художественном слове.

Любит ли Софья Петровна своего сына?

Не случайно сюжет «Софьи Петровны» и «Реквиема» возвращает нас к библейской истории Марии и Христа, истории верности, преданности, веры, мужества, подвига, истории материнства как призвания, истории настоящей любви.

Лидия Корнеевна писала: «В качестве главной героини я избрала не сестру, не жену, не возлюбленную, не друга, а символ преданности – мать. Моя Софья Петровна теряет единственного сына. В нарочито искаженной действительности все чувства искажены, даже материнское, - вот моя мысль. Софья Петровна – вдова; ее жизнь – сын. Колю арестовали, ему дали лагерный срок; его объявили «врагом народа». Софья Петровна, приученная верить газетам и официальным лицам более, чем самой себе, верит прокурору, который сообщил ей, будто сын ее «сознался в своих преступлениях» и заслужил приговор «10 лет дальних лагерей». Софье Петровне твердо известно от самой себя, что никаких преступлений Коля не совершал и совершать не мог, что он до кончиков ногтей предан партии, родному заводу, лично товарищу Сталину. Но если верить самой себе, а не прокурору и не газетам, то…рухнет вселенная, провалится под ногами земля, прахом пойдет душевный комфорт, в котором ей так уютно жилось, работалось, аплодировалось …»

        Неспособность к подвигу любви – страшный результат лжи, фальши, поработившей простого человека. Подвиг любви – «Реквием» А. А. Ахматовой, «Прочерк» Л. К. Чуковской. Любовь и «отвага мысли» спасли их и помогают жить нам.

Кульминация урока:

Финал повести (уничтожение письма) - довольно сложный для интерпретации отрывок. Сформулировать свое отношение к поступку героини молодой человек в этом возрасте не может. Поэтому лучше посмотреть эпизод из фильма и предложить ребятам высказать свое отношение к размышлениям разных людей об этой ключевой ситуации:

! На партах для каждого ученика приготовлен раздаточный материал, в котором представлены разные точки зрения на эту ситуацию. Пока ученики знакомятся с материалами, играет музыка, специально подготовленная для этого урока.

А) Пафос разоблачения государственного преступления против человека достигает особого накала в финале повести: "Софья Петровна бросила огонь на пол и растоптала ногой". Фраза неожиданна, многозначна и очень точна. Софья Петровна подожгла и бросила на пол письмо - то самое письмо сына из заключения, которое она ждала ежедневно, круглосуточно год и два месяца неостывающим ожиданием, живя только ради этого ожидания. Но растоптала она не просто подожженное письмо - она растоптала именно огонь - огонь собственной души, огонь жизни, огонь надежды. Софья Петровна бесконечно верила в силу разума и логики, в справедливость происходившего вокруг. Но угасает вера, мертвеет и гаснет душа - как растоптанный огонь (Л. Маллер)

Б) Софья Петровна делает попытку верить одновременно и прокурору и сыну, и от этой попытки повреждается в уме. (Рехнувшаяся Софья Петровна отнюдь не лирическая героиня; для меня это обобщенный образ тех, кто всерьез верил в разумность и справедливость происходившего. «У нас зря не посадят» Если разуверишься, спасения нет; остается одно – удавиться.)

Обобщить виденное и пережитое Софья Петровна неспособна, и укорять ее за это нельзя, потому что для мозга рядового человека происходившее имело вид планомерно организованной бессмыслицы; как осмыслить нарочито организованный хаос? Да еще в одиночку: стеною страха каждый прочно отделен от каждого, пережившего то же, что и он. Таких, как Софья Петровна, множество, миллионы, но когда из сознания народа изъяты все документы, вся литература, когда подлинная история целых десятилетий подменены вымышленной, то каждый ум брошен сам на себя, на свой личный опыт и работает ниже себя…Письмо сына отняло у нее всякую надежду на его возвращение и ее горький опыт хождения между тюрьмой и прокуратурой научили ее, что ей негде искать защиты. Хранить такое письмо было опасно. Опасно для нее самой и опасно для Коли. Слова Колиного письма:

«Мамочка, следователь Ершов бил меня…»,- стояли у нее перед глазами. Может быть, это было той последней каплей, которая отрезвила ее. И она поняла, что она – одна (Л. К. Чуковская).

В) Да, но сжечь-то Колино письмо для матери равносильно самосожжению. Отречению от сына и от себя самой. Отказу от последней надежды. Безгранично горе матери, отдавшей сына войне. Безутешно горе матери, потерявшей сына из-за тяжелой болезни, стихийного бедствия. Погибни Николай на войне, от обвала в горах, сердечного приступа - Софье Петровне было бы легче... (М. Кораллов).

Г) Ведь каждый подопытный из всех этих обезумевших миллионов должен был, обязан был хоть кого-нибудь да предать - такая такса, плата за вход... Об этом, собственно, и написана "Софья Петровна": не огорчай палача, - нашептывает инстинкт самосохранения, - отдай ему своего человека, отвернись, отступись, живи, как будто не любил, - в беспамятстве. (- Вот и молодец, вот и умница! - орет пропаганда) (С. А. Лурье).

Д) Финальная сцена, о которой говорилось выше, заканчивается сжиганием письма (весьма распространенный мотив) и растаптыванием огня. В ситуации ослепления огонь может быть рассмотрен исключительно как символ света. Уничтожение источника света, погружение во тьму полностью соответствует представлению о трагических событиях советской эпохи, которые могут быть аксиологически охарактеризованы концептосферой "тьма" (М.Ю Орлов).

Е) «Как научиться верить одновременно и сыну, и Сталину? Ведь «у нас зря не посадят». Софья Петровна сходит с ума от этого страшного противоречия. Ее, воспитанную газетами и продолжительными аплодисментами, ее – заботливую мать и исполнительную работницу, это время выбора безжалостно уничтожает, она умирает заживо» (П. М. Крючков).

Ж) Сжигая письмо, она сжигала свою раздвоенность (Bella Hirshorn). Необходимо, чтобы учитель помог им избежать с одной стороны осуждения и максимализма, а с другой – равнодушия. Как Л. К.Чуковская относится к своей героине?

Точки зрения:

«Чуковская укоряет не, в общем-то, добрую Софью Петровну, которая всегда хотела быть "строгой, но справедливой". Она укоряет, и судит, и ненавидит в Софье Петровне вот этот самый "мозг рядового человека" за его нежелание развиваться. Мещанство по Чуковской понятие отнюдь не социальное. Человек не становится мещанином из-за отсутствия высшего образования, принадлежности к каким-то профессиям или слоям общества. Мещанство - это состояние души, живущей с постоянным, благостным ощущением своей непричастности скорбям и радостям мира. И самое страшное для Чуковской в мещанстве то, что это сознательный выбор человека. Не чья-то злая воля, не роковые стечения обстоятельств, не политика государств заставляют его отказываться от власти над своей душой, а только собственная лень и тяга к бестревожному существованию» (Ю. Б. Сычева).

Как Вы относитесь к героине?

Точка зрения: «А жизнь всегда была и будет стоять такими людьми, как Софья Петровна. Неброская и незаметная, будто чуть наивная - таких в житейских делах легко "обвести вокруг пальца", и вместе с тем крепкая и сильная нравственными принципами, верная долгу, рядовая, порядочная, интеллигентная, Софья Петровна явилась из жизни, которую мужественно и терпеливо прошли женщины нашего государства от основания его и до сей поры.

Мало их теперь осталось, уходит это поколение. Поэтому проникаешься особой благодарностью к писательнице, которая ввела Софью Петровну в ряд женских образов, созданных русской литературой!» (Т. Дубинская)

Точка зрения: Крохотная фабула Софьи Петровны (дальней родственницы Акакия Акакиевича) протоколирует постыдную трагедию бессчетных миллионов: под тяжестью торжествующего абсурда хрустит бедный здравый смысл, - и совесть, как моллюск в раздавленной ракушке, гаснет, - и человек прилепляется к большинству, благонадежный предатель. (С. А. Лурье).

Есть ли в повести спасительный «лучик» надежды, есть ли противовес страху, насилию, замкнутости, одиночеству? Иначе говоря, есть ли в этой драме катарсис, свет, очищение?

 Обобщение учителя:

Надежда Мандельштам писала об этой книге: «… это одна из вещей, которые действуют как противоядие или сильнейший антибиотик». Повесть «Софья Петровна» стала спасением и освобождением не только для Л. К. Чуковской, но и для тех читателей, которые, переживая невыносимые страдания, искали выхода из них. Лидия Корнеевна была верна своей памяти, верна благородству, чести, творчеству и любви – и она выстояла и создала бессмертные книги: «Спуск под воду», «Записки об Анне Ахматовой», «Памяти детства», «Процесс исключения»… Это классическая проза, «сага о человеческом достоинстве», необходимая современному человеку как спасительный глоток воздуха. Эти произведения – мощнейшее противоядие против иллюзий внешнего мира, против равнодушия и жестокосердия. Они способны исцелить, дать надежду, освободить от страха, вдохновить на честный поступок любви.

В завершение разговора один из учеников может прочитать строки Александра Галича:

Снова замаячили быль и боль,
Снова рвутся мальчики в пыль, в бой,
Вы их не пугайте, не отваживайте,
Спрашивайте, мальчики, спрашивайте!
Спрашивайте, мальчики, спрашивайте,
Спрашивайте, спрашивайте.
Спрашивайте, как и почему,
Спрашивайте, как и почему,
Как и отчего и почему.
Спрашивайте мальчики отцов,
Сколько бы ни резать ветчину,
Сколько бы ни резать ветчину,
Сколько бы ни резать ветчину,
Надо отвечать, в конце концов.
Спрашивайте, мальчики, спрашивайте.
Спрашивайте, мальчики, спрашивайте.

Домашнее задание:

Размышление о фразе, вынесенной в эпиграф урока:

«Ваша повесть – измерительный прибор. С помощью этого прибора каждый может измерить, сколько в нем самом живет еще рабьего, тупого, глухо-слепо-немого»..

Список литературы

1. Альтшуллер М. , Дрыжакова Е. Недозволенная правда шестидесятых. Путь отречения// Русская литература 1953-1968".- Эрмитаж.-1985 г.

2. Берестецкая А. Не понапрасну служим . — www.chukfamily.ru.

3. Гуллер Е. Дорога в Левашово.- www.chukfamily.ru

4. Дубинская Т. Здравствуйте, Софья Петровна //В мире книг. - 1989.

5. Иваницкая Е. Утверждение высоты // Дружба народов.- 2002.- №4.

6. Иваницкая Е. Утверждение высоты.//Дружба Народов.- 2002.- №4.

7. Кораллов М. Надо жить долго// Новый мир.- 1988.- № 11.

8. Лурье С. Евангелие ежа //Колокол.- 2002.- №3.

9. Лурье С. Линия жизни// Чайка.- 2002.- 8(24).

10. Маллер Л. Чтобы найти братьев. Размышления о повестях Лидии Чуковской "Софья Петровна" и "Спуск под воду"// Литературное обозрение.- 1989.- 11.

11. Мальцев Ю. «Вольная русская литература 1955-1956 г.», «Посев».- Франкфурт-на-Майне.- 1976 г.

12. Неллер П. Фантастическая явь// Октябрь.- 1988.- №10.

13. Орлов М.Трагическая ирония: интертекстуальность и текстообразование Конференция "Рефлексия. Смысл. Герменевтика". Секция 2. Интерпретация текстов культуры, филологический инструментарий анализа текста.- www.chukfamily.ru

14. Седакова О. Посредственность как социальная опасность. - http://sedakova.narod.ru/

15. Сычева Ю. Люблю свой гнев. //Лебедь.—2003.— 16 ноября, 23 ноября.

16. Чуковская Л. Процесс исключения. - М.- 1990.

17. Чуковская Л. Собрание сочинений в двух томах. - М.-АРТ-ФЛЕКС,- 2001.

18. Hirshorn Bella. Lydia Korneevna Chukovskaya. Her Life and Work.
Глава 4. Две повести ("Two Novels").- Published by University of Melbourne 1987.-www.chukfamily.ru

Пономарева Ирина Петровна, учитель высшей категории, преподаватель русского языка и литературы МОУ «Общеобразовательная гимназия №3» г. Архангельска.


ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ