ИС: Труды академии управления МВД России. № 2
ДТ: 2008

Интеллигенция и культурно-воспитательная работа в милиции в первые годы советской власти

Каждая революция порождает надежды, пробуждает творческую активность верящих в нее людей.

Не только профессиональные поэты, художники, принявшие революцию, но и простые, даже малограмотные люди пытаются выразить свои чувства в художественной форме. Массовое стихотворчество, тяга к другим художественным формам самовыражения - характерная черта революционных лет.

Советская власть справедливо считала, что при царизме рабочий, крестьянин имели мало возможностей получить хорошее образование, развивать творческие способности. Поэтому ее важнейшей задачей стала организация образования, т.е. создание условий для развития способностей "людей из народа", которым предстояло строить новое общество, формировать новую культуру. Руководство рабоче-крестьянской милиции понимало, что образование, творческое развитие личности и, конечно, политическое воспитание необходимы и милиционерам.

В 1919 г. по примеру Красной Армии в рабоче-крестьянской милиции была предпринята попытка создания системы политико-воспитательной, культурно-просветительной работы. Важность такой системы во многом определялась тем, что советская власть под давлением обстоятельств отказалась от идеи классиков марксизма о всеобщем добровольном вооружении народа, милицейской повинности для охраны государственной и общественной безопасности. Формировались кадровая, профессиональная армия, милиция. Необходимо было создавать систему общей, профессиональной, политической подготовки их служащих. Особенно острой эта проблема была для милиции. В Красной Армии добровольно и по призыву в 1917-1920 гг. служили около 75 тыс. бывших генералов и офицеров, что составляло примерно треть от офицерского корпуса царской армии1, хорошо подготовленного профессионально и отличавшегося высоким культурным уровнем. Однако милиция формировалась по строго классовому принципу: бывших офицеров и даже рядовых полиции, жандармерии, а также армейских офицеров в милицию не принимали. Среди рабочих и крестьян, составлявших подавляющее большинство сотрудников милиции, не было профессионально подготовленных людей, более того, многие из них были малограмотны и даже неграмотны.

В некоторых городах, несмотря на Гражданскую войну, создавались милицейские клубы как центры культурно-воспитательной, политической работы среди милиционеров и членов их семей. К организации и деятельности этих клубов руководство милиции старалось привлечь представителей интеллигенции. Это было нелегко. В царские времена большинство интеллигентных людей России считали неприличной не только службу в полиции, но и любое сотрудничество с ней. Все, что было связано с полицией, вызывало негативное отношение интеллигенции. Профессора юридических факультетов российских университетов, преподававшие курс полицейского права, аналогичный современному курсу административного права, признавали, что название дисциплины "Полицейское право" "воспринималось как не особенно приличное, вызывающее в публике столь неприятное для преподавателей этой дисциплины недоразумение"2. Сложившееся отношение к полиции во многом переносилось на представителей милиции, тем более что в первые годы советской власти милиционеров называли милицейскими.

О создании полицейских клубов, в которых с пользой для профессионального и общего развития проводили бы свободное время полицейские и жандармы, еще в 1907 г. говорил Председатель Совета министров и министр внутренних дел П.А. Столыпин. Но царское правительство не сумело осуществить эту идею.

Создание милицейских клубов было важно и для организации эффективной воспитательной работы в милиции, и для повышения престижа милицейской службы. Однако развить начинание по созданию милицейских клубов не удалось и после революции. Причиной было не столько обострение Гражданской войны и увеличение ее масштабов, вызвавшие необходимость введения обязательного военного обучения милиционеров, занимавшего значительную часть их свободного времени, сколько усиление недоверия, а то и враждебности местной власти к интеллигенции как представителям буржуазии, дворянства.

Усилия руководства правящей партии большевиков по привлечению военной, технической, научной интеллигенции одновременно сопровождались всесторонним надзором за представителями творческих профессий, недоверием к ним как к людям, не без основания подозреваемым в прямой или скрытой нелояльности к новой власти3.

Естественно, для организации и деятельности милицейских клубов как центров культурно-просветительной работы не хватало не только средств, но и специалистов, желающих проводить эту работу и вызывающих доверие у власти. Многие клубы стали закрываться или, в лучшем случае, превращались в кружки самодеятельности4.

Значительно большие возможности для организации культурно-воспитательной работы в милиции с привлечением к ней творческой интеллигенции были в Москве, и особенно в Петрограде. Правда, последний потерял статус столицы, но в нем жили известные деятели искусства и литературы, готовые по разным причинам сотрудничать с советской властью.

Сама власть рассматривала организацию клубов при крупных предприятиях для представителей разных профессий как важнейшее направление массово-политической работы, условие перевоспитания и воспитания нового, советского человека. Задача заключалась в том, чтобы, пока не были созданы советское искусство, театр, кино, "рабочий человек, советский служащий после работы шел бы не в мелкобуржуазный кабак, не в подлое кино, а в наш клуб"5.

В конце 1919 г. по решению Петроградского Совета был создан клуб Петроградской городской охраны, больше известный как милицейский клуб, или клуб милиционеров. Его деятельность курировал член коллегии отдела управления Петросовета Б.Г. Каплун, родственник первого председателя Петроградской ЧК М.С. Урицкого. Он хорошо знал общество художественных знаменитостей бывшей столицы и очень старался привлечь их к работе в клубе милиционеров6.

Официальное открытие Клуба городской охраны, состоявшееся 5 февраля 1920 г., стало большим событием в Петрограде. На открытии с приветствием и чтением своей поэмы "Двенадцать" выступил А.А. Блок7, считавший, что интеллигенция может и обязана сотрудничать с советской властью.

Создание клубов для служащих различных ведомств, в частности милиции, было характерной чертой формируемой советской системы государственного управления, демонстрацией ее демократического характера. В клубах организо­вывались культурно-образовательные мероприятия для советских служащих, многие из которых были в прошлом рабочими, крестьянами и не имели даже среднего образования. В первые годы советской власти здесь активно проводились публичные обсуждения политических, профессиональных проблем, в которых участвовали руководители и рядовые сотрудники.

Повседневной задачей клуба милиционеров была организация системы просвещения сотрудников милиции, членов их семей, создание условий для развития их творческих интересов и способностей.

Для этого был создан просветительских отдел, который должен был привлечь людей искусства, литературы, науки к чтению лекций, к постоянному участию в работе различных секций и кружков клуба.

Заведовать данным отделом был приглашен тогда уже известный, а впоследствии знаменитый литератор Корней Чуковский. Он, как и многие люди его круга, далеко не во всем был согласен с новой властью, но искренне хотел участвовать в просвещении советских милиционеров, видя в этом долг интеллигенции8.

Вопрос о сотрудничестве с советской властью в первые годы ее существования был самым актуальным для интеллигенции того времени. Переход известных деятелей искусства на сторону советской власти в настоящее время нередко рассматривается как вынужденный или как проявление конформизма9. Но многие представители творческих профессий видели в октябрьской революции избавление от буржуазной ограниченности, мещанства, социальной несправедливости, закрывавшей народу путь приобщения к достижениям культуры. Просвещение, приобщение к духовной культуре представителей вчерашних социальных низов, ставших господствующим классом, рассматривалось ими как средство предотвращения "крайностей революции" - массового террора и насилия.

Александр Блок, принявший революцию, выступивший на открытии клуба Петроградской городской охраны, сотрудничавший в журнале "Красный милиционер", писал, что, чем дальше интеллигенция будет отказываться от сотрудничества с новой властью, "тем страшнее и кровавее может стать кругом"10.

Одним из препятствий для привлечения деятелей искусства к культурно-массовой работе в милиции было отношение к последней как к своеобразной наследнице царской полиции, сотрудничество с которой было невозможно для интеллигентного человека.

Такое отношение к милиции, уверенность в том, что в ней служат бывшие полицейские, было весьма распространенным в первые годы советской власти, хотя Конституция РСФСР лишала полицейских политических прав, что делало невозможным их поступление в правоохранительные органы. Отношение населения к милиции, а также культурный уровень ее сотрудников беспо­коили руководство милиции Советской России. Эти проблемы стали главными на состоявшейся в Петрограде в марте 1920 г. первой конференции милиции города и Северо-Западного региона РСФСР. На конференции отмечалось, что советская милиция должна принципиально отличаться от царской полиции не только классовыми принципами формирования и деятельности, но и уровнем образования, культуры ее сотрудников.

Через две недели на первой конференции милиционеров и пожарных Москвы и Московской губернии один из руководителей милиции Республики выступил с докладом на тему "Что такое советская милиция". Он признал, что среди населения, к сожалению, еще бытует отношение к милиционерам как к дореволюционным городовым. Важнейшая задача руководства и всех служащих советской милиции состояла в том, чтобы избавиться от возможности подобного сравнения. Советский милиционер не только "диктует волю трудящихся прохвостам и грабителям", но и в отличие от царского полицейского "должен быть гуманным, грамотным, политически развитым"11.

На конференции милиционеров в Петрограде выступил А.М. Горький. Он сказал, что давно и с большим интересом наблюдает за деятельностью советских милиционеров и имеет все основания назвать их "истинными друзьями народа, вкладывающими душу в святое дело защиты обиженных"12. Это было очень важное признание знаменитого и пользующегося большим влиянием в различных слоях общества писателя. Еще в ноябре 1917 г. он по-другому оценивал деятельность представителей новой власти, прямо сравнивал их с царскими полицейскими: "Всякая мелкая сошка, наслаждаясь властью, относится к гражданину как к побежденному, то есть так же, как относилась к нему полиция царя. Орут на всех, как будочники в Конотопе..."13

После участия в конференции милиционеров А.М. Горький неоднократно выступал в Клубе городской охраны с лекциями об истории отечественной и зарубежной литературы, о роли культуры в строительстве нового общества. По свидетельству современника, милиционеры слушали его охотно, внимательно и в то же время настороженно, с некоторым недоверием, считая, что "не простой он человек, этот Горький"14. Может быть, милиционеры чувствовали, что выступающий перед ними и призывающий осваивать культурное наследие писатель готовится надолго покинуть Советскую Россию. Энергия заведующего просветительским отделом Клуба городской охраны К. Чуковского, пример А. Горького, А. Блока способствовали тому, что в милицейском клубе выступило много известных людей, и он стал популярным в Петрограде. В благодарность выступавшие в клубе получали "милицейский" продовольственный паек, приравненный к "фронтовому красноармейскому" пайку15.

Известный юрист, блестящий публицист и рассказчик А.Ф. Кони выступал в клубе милиционеров с воспоминаниями и с лекциями по проблемам права. До революции он много писал о злоупотреблении и нарушении законности полицейскими и, очевидно, не мог представить себе, что он, прокурор и сенатор, может выступать перед ними с лекциями.

Знаменитая балерина, солистка Мариинского театра Ольга Спесивцева руководила "балетным кружком для милиционерок". Значит, при организации культурно-воспитательной работы в советской милиции учитывалось то, что на службу в нее, в отличие от полиции, стали поступать женщины. (В октябре 1916 г. постановлением Совета Министров было разрешено принимать на службу женщин, без права "на производство в чины и на награждение орденами", но реализовать это постановление царское правительство не успело.)

А.М. Горький и К.И. Чуковский читали в клубе городской охраны лекции по отечественной и зарубежной литературе. Имевший европейскую известность художник Мстислав Добужинский учил желающих милиционеров рисовать, читал лекции о памятниках архитектуры города, объяснял милиционерам, почему так важно их охранять16. В клубе был драматический кружок, ставший вскоре любительским театром.

С первых лет советской власти важнейшим средством культурно-идеологического воздействия на массы стала периодическая печать. Было открыто много новых газет, журналов. Их появлению способствовал начавшийся процесс ускоренной ликвидации неграмотности. Появились новые массовые читатели, приобщающиеся к чтению периодических изданий.

Многие газеты, журналы были ориентированы на определенную категорию трудящихся, служащих, активно выступающих общественными корреспондентами этих изданий, обеспечивая их связь с практическими потребностями, интересами своих читателей.

Часто названия таких изданий начинались с прилагательного "красный". Подобных газет и журналов в 20-е гг. в СССР было более 100 - "Красный сеятель", "Красный каменщик", "Красный юрист" и т.д.17 С конца 1919 г. стал выходить ежемесячный журнал "Красный милиционер". Журнал издавался политико-просветительским отделом Управления Петроградской городской и губернской милиции. В значительной степени он имел культурно-просветительский характер, хотя в стране шла Гражданская война.

В журнале была постоянная рубрика, посвященная созданию и деятельности клубов, литературно-художественных кружков, школ самообразования в милиции. В разделе "Студия милиционера" публиковались стихи, рассказы, воспоминания сотрудников милиции и даже их рассуждения о том, какое будущее ожидает страну. Публиковались статьи, в которых сотрудники милиции делились своими представлениями о милиции в советском обществе и о ее отличии от дореволюционной полиции. Этому в журнале уделялось большое внимание.

Один из руководителей петроградской милиции призывал ее сотрудников учиться и гордиться своей профессией, признавая все-таки, что "общество еще не может забыть городового. На милиционера часто смотрят глазами старого досоветского времени, а, что еще важнее, нередко и сам милиционер отступает подальше в тень, от своего ответственного и высокого назначения"18.

Журнал "Красный милиционер" был популярен прежде всего потому, что в нем публиковались имевшие всероссийскую известность авторы - Александр Блок, Александр Грин, Алексей Ремизов.

Корней Чуковский вел в журнале рубрику, посвященную истории отечественной и зарубежной литературы. Преподаватели Петроградских учебных заведений публиковали статьи по истории, экономике, культуре. Иллюстрировал журнал известный художник Юрий Анненков. Произведения названных и других авторов публиковались рядом с письмами (не всегда грамотными) милиционеров, с материалами о текущих проблемах рабоче-крестьянской милиции.

Сотрудничество известных деятелей культуры с советской властью, с журналом "Красный милиционер" не всегда находило понимание коллег, а часто и осуждалось ими. По их мнению, писатели, поэты, печатавшиеся в журнале "рядом с инструкцией о проведении обысков... полностью приручены новой властью"19.

Упрек был несправедлив. Деятели культуры, сотрудничавшие с милицейскими клубами, журналом "Красный милиционер", не меняли убеждений, не прославляли в своих произведениях советскую власть. В таком сотрудничестве они видели свою культурно-просветительскую миссию, выполнение долга перед народом. Советская власть считала просвещение трудящихся важнейшим условием построения социалистического общества.

После окончания Гражданской войны ситуация в стране изменилась. Переход к новой экономической политике, признание частной собственности, а следовательно, существование в Советской России буржуазии отодвинули сроки построения социализма, привели к опасению власти возможности реставрации капитализма.

Обострение идеологической ситуации вызвало переориентацию власти от общепросвещенческих задач к усилению политического, идеологического воспитания, в котором было труднее использовать творческую интеллигенцию.

Журнал "Рабоче-крестьянская милиция", издаваемый с 1922 г. вместо журнала "Красный милиционер", был призван содействовать прежде всего профессионально-политической подготовке сотрудников милиции, что значительно сокращало возможность сотрудничать в нем представителей так называемой старой творческой интеллигенции.

А. В. Борисов

Примечания:

1 А.Г. Кавтаразде Военные специалисты на службе Республики Советов. - М., 1988. С. 176.

2 А.В. Горбунов Курс лекций по полицейскому праву. - Варшава, 1901. С. 4.

3 А.В. Плеханов Дзержинский. Первый чекист. - М., 2007. С. 457.

4 Красный милиционер. 1920. № 14. С. 19.

5 Третий Всероссийский съезд политпросветов РСФСР // Бюллетень. 1922. № 1. С. 16.

6 А. Ремизов Взвихренная Русь. - М., 2002. С. 434.

7 А. Блок Новые материалы и исследования: В 3 т. - М., 1981. Т 2. С. 242.

8 К. Чуковский Дневники 1901-1929 гг. - М., 1997. С. 136-138.

9 С. Яров Конформизм в Советской России: Петроград 1917-1920 годов. - СПб., 2006. С. 346.

10 А. Блок Интеллигенция и революция // Блок А. Собр. соч.: В 6 т. - П., 1922. Т. 4. С. 239.

11 Известия. 1920. 26 марта.

12 Петроградская правда. 1920. 12 марта.

13 М. Горький Несвоевременные мысли. Заметки о революции и культуре. - М., 1990. С. 99.

14 К. Чуковский Указ. соч. С. 144.

15 Петроградская правда. 1920. 27 янв.

16 Ю. Анненков Дневник моих встреч. - М., 2002. С. 52.

17 Периодическая печать в СССР в 1917-1949 гг.: В 3 т. - М., 1958. Т. 1. С. 157.

18 Н. Глебов-Путиловский Советский Шерлок // Красный милиционер. 1920. № 14. С. 27.

19 Сервилизм советской литературы глазами эмиграции // Новое литературное обозрение. 1999. № 6. С. 358.