ИС: "Известия"
ДТ: 1 июня 1969 г.

ПОЭТ ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНОГО БРАТСТВА

Исполнилось 150 лет со дня рождения великого американского поэта-гуманиста Уолта Уитмена.

Еще молодым человеком, лет 60 назад, мне впервые привелось прочитать знаменитую книгу "Листья травы", единственную книгу стихов, оставленную им потомству. Многое очаровало меня в этой книге: и восторженные гимны всемирному братству, и неистовая любовь к угнетенным и обездоленным труженикам, и радость бытия, озаряющая буквально все страницы.

Одно из первых стихотворений Уитмена, которое я перевел на русский язык, было стихотворение о негре, написанное поэтом в ту пору, когда охота за беглыми неграми поощрялась бесчеловечным законом:

Загнанный раб, весь в поту,
повалился
на плетень отдышаться.
Судороги колют его ноги и шею
иголками, - сзади слышится
смертоносная дробь,
Этот человек - я, и его чувства - мои.
Я - этот загнанный раб, это я
от собак отбиваюсь ногами,
Вся преисподняя следом
за мною - щелкают, щелкают
выстрелы.
Я за плетень ухватился,
мои струпья содраны, кровь
сочится и капает.
Я падаю на камни в бурьян,
Лошади там заупрямились,
верховые понукают их криками,
Уши мои - как две раны
от этого крика,
И вот меня бьют с размаху
по голове кнутовищами…
Стихи дают ощущение физической боли: словно это тебя затравили и бьют по голове кнутовищами.
"У раненого я не пытаю о ране, я сам становлюсь тогда раненым" - в этом, по убеждению Уитмена, высочайший моральный и в то же время эстетический принцип.
Умирает холерный больной,
я тоже умираю от холеры.
Лицо мое стало серым, как пепел, жилы мои
вздулись узлами, люди убегают от меня.
Каждый нищий становится мною,
Я застенчиво протягиваю шляпу, я сижу и прошу подаяния.

В страстной проповеди дружеского расположения к людям Уитмен видел главное достоинство своей единственной книги "Листья травы".

Напечатайте имя мое и портрет мой повесьте повыше, ибо имя мое - это имя того, кто умел так нежно любить,
И портрет мой - друга портрет, страстно любимого другом.

Когда в США разразилась гражданская война между Югом и Севером, Уолт Уитмен на деле доказал, что его призывы к братскому единению людей не пустые слова; начиная с 1862 года, он стал изо дня в день добровольно посещать лазареты, где томились больные и раненые, и ухаживал за ними, как сиделка, стараясь всячески облегчать их страдания и утешать умирающих.

К началу 1864 года, как видно из писем Уитмена, каждодневная самоотдача страдающим людям, соучастие в их предсмертных терзаниях стали сказываться на его несокрушимом (до той поры) здоровье. Он устал, надорвался - и впервые в жизни - захворал. Перевязывая гангренозного больного, он неосторожно прикоснулся к ране порезанным пальцем, и вся его рука до плеча воспалилась. Воспаление прошло; но вскоре наступила катастрофа: в 1873 году Уолт Уитмен был разбит параличом.

Болезнь не сломила его жизнелюбие. Прощаясь с жизнью, незадолго до смерти он оставался верен своему оптимизму.

Стариковское спасибо,- пока я не умер,
За здоровье, за полуденное солнце, за этот неосязаемый воздух, за жизнь, просто за жизнь, За бесценные воспоминания, которые со мною всегда (о тебе, моя мать, мой отец, мои братья, сестры, товарищи),
За все мои дни - не только дни мира, но также и дни войны,
За нежные слова, ласки, подарки из чужих краев,
За кров, за вино и мясо, за признание, которое доставляет мне радость
(Вы, далекие, неведомые, словно в тумане, милые читатели, молодые или старые, для меня безымянные,
Мы никогда не видались и никогда не увидимся, но наши души обнимаются долго, крепко и долго),
За все, что живет, за любовь, дела, слова, книги, за краски и формы,
За всех смелых и сильных, за преданных, упорных людей, которые отстаивали свободу, во все века во всех странах,
За самых смелых, самых сильных, самых преданных (им особую лавровую ветвь, пока я не умер,- в битве жизни отборным бойцам,
Канонирам песни и мысли, великим артиллеристам, вождям, капитанам души),
Как солдат, что воротился домой по окончании войны,
Как путник, один из тысяч, что озирается на пройденный путь,
На длинную процессию идущих за ним,
Спасибо, говорю я, веселое спасибо! от путника, от солдата спасибо!

Пламенная любовь к своей родине не мешала Уитмену видеть ее тяжкие грехи и пороки.

"…при беспримерном материальном прогрессе, - писал он в своих "Демократических далях", - общество в Штатах искалечено, развращено, полно грубых суеверий и гнило. Таковы политики, таковы и частные лица. Во всех наших начинаниях совершенно отсутствует или недоразвит и сильно ослаблен важнейший коренной элемент всякой личности и всякого государства - совесть".

Но при этом он был непоколебимо уверен, что простой народ США - каменщики, грузчики, фермеры, батраки, лесорубы - есть подлинный фундамент американского общества, достойный уважения и любви.

"Когда я скитаюсь по Штатам, - пишет он, - под разными широтами в разные времена года, я наблюдаю толпу в больших городах: в Нью-Йорке, Бостоне, Филадельфии, Чикаго, Сент-Луисе, Сан-Франциско, Новом Орлеане, когда я растворяюсь в этой бесчисленной массе бойких, подвижных, добродушных - независимых граждан, мастеровых, мелких служащих, подростков, то при мысли об этом множестве таких любящих, юных и гордых людей меня охватывает благоговейный восторг".

В победе широких демократических масс Уитмен видел единственное спасение страны. Вся его книга полна дифирамбов этим пасынкам тогдашней Америки.

Поэзия Уитмена и до сих пор современна. Многие его стихотворения кажутся написанными не дольше вчерашнего дня. Разве не о войне во Вьетнаме эти его страстные призывы к своим соотечественникам:

Довольно толковать о войне!
Да и самую войну долой!
Чтобы мой ужаснувшийся взор
больше никогда не видал
почернелых, исковерканных трупов!
Долой этот разнузданный ад,
этот кровавый наскок, словно мы
не люди, а тигры.

Вспомним его жгучие строки, посвященные трагической гибели президента Линкольна! Чем не злободневная тема! Ведь Линкольну пришлось умереть от такой же пули, от какой умер Джон Кеннеди.

Задачу, миссию своего творчества Уитмен видел в проповеди интернационального братства. "Так как заветнейшая моя мечта, - писал он, - заключается в том, чтобы поэмы и поэты стали интернациональны и объединяли все страны земного шара теснее и крепче, чем любые договоры и дипломатия, так как последняя идея моей книги - задушевное содружество людей.., я буду счастлив, что меня услышат, что со мной войдут в эмоциональный контакт великие народы России".

Мечта Уолта Уитмена осуществилась. Творчество великого американского поэта-гуманиста, певца демократии, стало достоянием советского народа.

Корней Чуковский

Яндекс цитирования