Некрологи. Выступления памяти Елены Чуковской

ИС: Российская газета
ДТ: 5 января 2015

Елена Чуковская унаследовала главные достоинства матери и деда. От Лидии Корнеевны - совпадение личной и общественной позиций, выражавшееся в непоколебимости убеждений. Твердость своих высказываний она разве что позволяла себе смягчить настолько, чтобы не причинять конкретному человеку ненужной обиды. Однако лишь до черты, за которой уже не уступала ни пяди. От Корнея Ивановича - фирменную чуковскую остроту соображений, приспособив ее к собственному голосу и темпу речи. Это был не его звон клинков, а струи ее ручья, более плавные, но столь же звонкие.

Ее имя-отчество - Елена Цезаревна - отзывалось образностью античных героев. Но до конца дней люди, даже не знавшие ее лично, называли ее за глаза Люша Чуковская, без тени фамильярности. В этом было желание состоять в неформулируемом нравственном родстве с ней.

Она была ученым, химиком и стала первоклассным филологом. То, что мы знаем о творчестве и таланте Корнея и Лидии Чуковских, мы в очень большой степени получили через нее, из книг, собранных, прокомментированых, выпущенных ею. На ней завершилась эта, современная нам, литературная линия семьи. О ее роли в помощи Солженицыну рассказано им самим. Она была светлым человеком, крупной и яркой личностью.

Анатолий Найман

Подписали: Наталия Солженицына, Людмила Абрамова, Дарья Авдеева, Сергей Агапов, Всеволод Багно, Павел Басинский, Лариса Беспалова, Анна Борисова, Алла Гладкова, Геннадий Горелик, Татьяна Горяева, Александр Дорошевич, Владимир Енишерлов, Наталия Зазулина, Андрей Зализняк, Евгения Иванова, Наталия Крайнева, Эсфирь Красовская, Леонид Крысин, Павел Крючков, Валерий Курдюмов, Надежда Левитская, Борис Любимов, Виктор Москвин, Александр Музыкантский, Анна Наринская, Галина Наринская, Андрей Немзер, Валентин Непомнящий, Жорж Нива, Елена Падучева, Елена Пастернак, Марина Поливанова, Ирина Пономарева, Иоанн Привалов, свщ., Анатолий Разумов, Леонид Романков, Сильва Рубашова, Людмила Сараскина, Сергей Серебряный, Михаил Сеславинский, Маша Слоним, Наталья Старостина, Ольга Степанова, Никита Струве, Сергей Стулов, Габриэль Суперфин, Юлия Сычева, Роман Тименчик, Галина Тюрина, Мунира Уразова, Ирэн Федорова, Максим Фролов, Мариэтта Чудакова, Дмитрий Шеваров, Ирина Шостакович, Вероника Штейн, Семья Чуковских, Дом-музей Корнея Чуковского, Фонд Александра Солженицына

***


ИС: Российская газета
ДТ: 5 января 2015

Ее дед был гений. Ее мать была - герой. Сама же Елена Цезаревна была святая.

Всю свою жизнь, до последних дней, потратила на то, чтобы все, что написали ее дед, мать и А. И. Солженицын, - было прочитано хотя бы несколькими людьми, а лучше - многими, а в идеале - всеми.

Видела в этом свой долг. Вообще-то, это был долг русской культуры перед страной и страны - перед культурой. Ни та, ни другая исполнять его не хотели. Елена Цезаревна перевела его на себя. Исполняла его неутомимо и умело. Насколько хватило ее сил - намного превосходивших обычные человеческие - исполнила. Совершила подвиг. Вот собственно, и все, что надо сказать. Кто помнит значение употребленных выше слов, тот и сам понимает, что случилось. На этой земле, под этим небом не стало последнего безупречного человека.

Елена Цезаревна была прекрасна и умна, великодушна и отважна. Что она жила среди нас - это было счастье. Мало кем осознавемое. Никем не заслуженное.

И вот оно прошло.

Самуил Лурье

***


ИС: Новая газета
ДТ: 5 января 2015

Доброта, благородство, мужество, природное обаяние, отзывчивость и еще… замечательное чувство юмора - всеми этими качествами в равной мере была наделена Елена Цезаревна Чуковская.

"Вот, оказывается, какими Ты создал нас, Господи!". Так написал в свое время Юрий Нагибин об Александре Солженицыне, героическая помощь которому многие годы была неотъемлемой частью жизни Елены Цезаревны. Эти слова без всякого преувеличения можно отнести и к ней самой.

Жизнь ее была настоящим подвижничеством, служением. Самозабвенным, безупречным и необычайно плодотворным.

Два эпизода ее биографии, которые разделяют - только вдумайтесь! - 75 лет, вспомнились почти одновременно, когда пришла горькая весть о ее уходе. Первый эпизод: в детстве, ученицей первого класса, она нумеровала страницы рукописи повести "Софья Петровна", написанной ее мамой, Лидией Чуковской. И второй: совсем недавно, в декабре 2014 года, в больнице, накануне сложнейшей операции, составляла с редактором именной указатель и читала корректуру последнего тома собрания сочинений Лидии Корнеевны, включившего в себя ее неопубликованные дневниковые записи за полвека (его она, к сожалению, уже не увидит и не подержит в руках).

Думаешь об этом, и понимаешь - Елена Цезаревна прожила свою жизнь, буквально растворившись в тех, кто был ей дорог, понятен и близок, она выполнила ту святую миссию, с которой была послана в этот мир Богом.

Именно так.

То, что ей казалось чем-то совершенно естественным, само собой разумеющимся, мне (я убежден: далеко не только мне одному) представляется именно высшим призванием, которому она осталась до конца верна и которое сполна оправдала. Не могу не заметить: самое большее, что она позволила себе высказать в интервью в ответ на вопрос о наследии Корнея Ивановича и Лидии Корнеевны, подготовленном к печати в максимальном объеме ее стараниями и ежедневным трудом (десятки томов, сотни страниц вступительных статей и комментариев, сотни тысяч страниц прочитанных версток и корректур… можно перечислять и дальше), - это всего четыре слова - "Да, работы было много".

Вот так прожил жизнь человек, который уже одним своим присутствием в этом мире, не говоря уже о личном общении (считаю его одним из главных подарков судьбы), советах (всегда - прозорливых, всегда - единственно правильных), поддержке (утешающей в тяжелую минуту и пробивающей "плотины" уныния, неуверенности, а иногда и лени), призывал тебя быть по возможности достойным этого общения, этих советов и этой поддержки.

Склоняю свою голову перед светлым образом дорогой Елены Цезаревны Чуковской.

Сейчас, несмотря на то, что она покинула нас, - она с нами, она в душе каждого из нас, она рядом.

Максим Фролов, историк литературы

***


ИС: Новая газета
ДТ: 5 января 2015

Дружба с Еленой Цезаревной Чуковской досталась мне по наследству от Лидии Корнеевны, с которой мы встретились в 1976 году. Эта дружба особенно окрепла после смерти Лидии Корнеевны в 1996 году. Каждый раз, приезжая из Петербурга в Москву (а это происходило примерно раз в месяц), я шёл прямо с поезда на Тверскую улицу, дом 6. И всегда я заставал Елену Цезаревну погруженной в работу. Это была грандиозная по масштабу работа по увековечению и приведению в порядок литературного наследия ее замечательных предков - Корнея Ивановича и Лидии Корнеевны.

Я не буду перечислять все, что она сделала в этой области. Но и сама она была незаурядным публицистом, отважным гражданином, смелым и мужественным человеком. Достаточно вспомнить ту неоценимую помощь, которую она оказала Александру Солженицину, помощь, за которую ее пытались физически уничтожить работники органов. Я рад, что еще при жизни вышел сборник ее публицистики "Чуккокала и около", из которого ясно видно ее радение за честь русской литературы, ее неуклонная борьба за свободу и достоинство личности.

Мы все понесли громадную, невосполнимую потерю.

Леонид Романков, экс-председатель Комиссии по культуре Законодательного собрания Санкт-Петербурга

***


ИС: Сайт Преображенского братства
ДТ: 4 января 2015 года

Меня попросили сделать некролог, но невозможно писать некролог о Елене Цезаревне. Могу сказать, что в момент нашего знакомства (декабрь 2003-го года) вся моя жизнь озарилась светом её присутствия.

В декабре 2003-го года я познакомился с Солженицынскими "невидимками". Это произошло на конференции, посвящённой 85-летию Александра Исаевича. Меня удивили эти люди. В зале их было совсем немного, но они были таким контрастом ко всем нам, что я глядел на них во все глаза, оторваться от них было невозможно. Все три дня было ощущение то ли сказки, то ли Царства Небесного.

Кроме Наталии Дмитриевны Солженицыной и Никиты Алексеевича Струве были ещё Елена Цезаревна Чуковская, Надежда Григорьевна Левитская и Мира Григорьевна Петрова. Мы разговорились с Еленой Цезаревной, и у нас началась переписка.

Наша дружба очень интересна: дружба православного священника и честного атеиста. Атеизм её был особый, здесь не было никакой идеологии, а была честная констатация факта: "Я не чувствую этой Реальности". Тем не менее Богу было угодно нас сдружить, мы шли в какую-то глубину отношений, обогащая друг друга. Общение, дружба с Еленой Цезаревной привнесла в мою жизнь строгость, я стал лучше ценить свою Православную веру, быть более тщательным в исполнении заповеди: "не произноси Имени Господа Бога твоего всуе".

В марте 2005-го года Елена Цезаревна решилась приехать в Архангельск. 4 месяца шла подготовка, которая, как мне кажется, сильно нас изменила. Елена Цезаревна оказалась человеком очень диалогичным, отзывчивым, взыскательным и требовательным. Начиная своё выступление в Архангельской областной библиотеке, она сказала: "Что остаётся после искусства? - Остаёмся мы, которые изменились". В самом деле, мы все изменились. Подготовка к встречам в Архангельске, а потом и сами встречи, пересоздали, перетворили братскую душу, освободили нас от расхлябанности и разболтанности. От встречи к встрече расцветала и сама Елена Цезаревна. До сих пор помню то пронзительное чувство тоски, когда проводив её на самолёт, мы возвращались домой. Так было лишь, когда мы в первый раз провожали отца Георгия Кочеткова в феврале 1996-го года и Никиту Алексеевича Струве осенью 1998-го года. Словно с горы Преображения мы спускались в грешный, изменчивый мир.

В предпоследнюю нашу встречу Елена Цезаревна заговорила о предстоящем исходе, о Боге, о Вере и о том, что она человек христианской культуры, но по-прежнему неверующий, сказала, что "верит в мою веру" и чувствует силу молитв. В последнюю встречу, когда уже стал известен скорый исход и нарастание страданий, мы попрощались "может быть, навсегда". Прошёл день, другой, замелькала надежда на операцию. Огромное количество верующих людей молилось за Елену Цезаревну, потому что не молиться было невозможно...

Священник Иоанн Привалов

***


ИС: Сайт партии "Яблоко"
ДТ: 5 января 2015 года

Елена Цезаревна Чуковская - кристально честный, порядочный, бесстрашный человек. Она - из тех немногих людей, кого можно назвать совестью народа. Она всю жизнь не только занималась литературным наследием своей семьи, но и жила по тем принципам, которые унаследовала от великой русской литературы, - защищать гонимых, не считаясь с опасностью.

Теперь Дом-музей Корнея Чуковского, ее родной дом, для сохранения которого она столько сделала, будет хранить и память и о самой Елене Цезаревне. Мои соболезнования всем, кто любил и знал Е.Ц. Чуковскую.

Григорий Явлинский

***


ИС: Сайт Дома русского зарубежья им. Александра Солженицына
ДТ: 3 января 2015

Памяти Елены Чуковской

Мы в это не хотели верить. Знали, что у нее было несколько операций, что состояние безвыходное, но все равно оставалась надежда. Надежда на поразительные внутренние силы этой удивительной женщины и какую-то высшую справедливость. Потому что существование таких людей, как Елена Цезаревна, делает осмысленной всю нашу жизнь. Самим примером своей судьбы, каждодневного поведения они задают высочайшую планку, уровень, которому так хочется соответствовать и которого так трудно достичь. Именно такой была Елена Цезаревна Чуковская.

Без всяких раздумий они вместе с матерью, несгибаемой Лидией Корнеевной Чуковской, подставили плечо Александру Солженицыну в его самые тяжелые годы. Небольшая хрупкая женщина, Елена Цезаревна вступила в борьбу с огромной государственной системой лжи и вместе с нашим великим писателем вышла победительницей из этой схватки. Она бесстрашно помогла ему хранить и распространять "Архипелаг ГУЛАГ", каждый день рискуя не только свободой, но и жизнью.

За все, что ей приходилось делать, она бралась с огромной ответственностью.

Именно благодаря ей случилось чудо публикации "Чукоккалы", альманаха, ставшего символом нашей культуры ХХ века. И мы гордимся тем, что наиболее полный текст этого необыкновенного альбома был подготовлен Еленой Цезаревной в нашем издательстве "Русский путь".

Она долгие годы каждодневно, тщательно готовила к изданию наследие матери и своего деда, великого сказочника и исследователя литературы Корнея Ивановича Чуковского. Его произведения, как и труды Лидии Корнеевны, связанные с необходимостью изучения сотен имен и названий произведений поэзии и прозы, были откомментированы Чуковской блистательно. После ее комментариев не оставалось никаких вопросов.

Елена Цезаревна разобрала огромный архив Корнея Ивановича и Лидии Корнеевны, подготовила к выпуску большие собрания сочинений, в которых впервые увидели свет многие их неизвестные строки. Одной из последних ее работ стала публикация переписки Лидии Корнеевны и Александра Исаевича Солженицына на страницах альманаха "Солженицынские тетради". Вне всяких сомнений, эти письма войдут в классическую историю российского эпистолярного жанра.

В 2011 году Елена Цезаревна была удостоена Литературной премии Александра Солженицына. С благодарностью принимая награду, она сказала, что это дает ей новый стимул для работы, для возвращения наследия людей, примеры жизни которых нам сегодня нужны как воздух. Кажется, отдыхать она просто не умела. Вся жизнь была посвящена работе. Елена Цезаревна любила Дом русского зарубежья имени Александра Солженицына, выступала на конференциях и семинарах, посвященных этому русскому пророку ХХ века. Она была нашим добрым другом, и мы всегда могли рассчитывать на ее внимание и помощь.

Склоняя голову перед светлой памятью Елены Цезаревны Чуковской, будем благодарны за то, что она была в нашей жизни.

Виктор Леонидов

***


ИС: Лехаим
ДТ: 13 января 2015

Елена Чуковская. Хранительница традиций

Столь громкое отчество она получила от отца, критика и литературоведа Цезаря Самойловича Вольпе, ученика Вяч. Иванова по Бакинскому университету, специалиста по русской литературе XIX–XX веков. Появившись на свет в сугубо литературной семье, с детства помогая матери в литературных трудах, Елена Цезаревна тем не менее выбрала химфак МГУ и 34 года занималась научной деятельностью в Институте элементоорганических соединений РАН, защитив кандидатскую диссертацию. Оставить любимую науку ее заставили семейные обстоятельства: необходимость помогать матери, беспомощной в житейских делах, с которой она прожила всю свою жизнь. Занятия наукой не мешали Елене Цезаревне постепенно вовлекаться в литературную деятельность. Еще в 1965 году Корней Иванович подарил ей свой рукописный альманах «Чукоккала». Но уже после смерти Корнея Ивановича Елене Цезаревне предстояло стать издателем этого альманаха, который долго не выходил из?за того, что содержал имена литераторов, находившиеся тогда под запретом.

Живя одной жизнью со своей матерью, Елена Цезаревна была свидетельницей и разгрома маршаковской редакции «Детгиза», и бесследных исчезновений писателей и поэтов из числа друзей семьи. Репрессии коснулись и непосредственно их семьи: после развода родителей ее отчимом стал великий ученый?физик Матвей Петрович Бронштейн, арестованный и расстрелянный в 1938 году по ложному обвинению (свою роль здесь сыграла фамилия, хотя никакого родства с Л. Д. Троцким не было и в помине).

Так что знакомство в 1965 году с А. И. Солженицыным не случайно многое изменило в ее жизни, помощь, которую они с Л. К. Чуковской оказывали писателю, имела свои причины. Елена Цезаревна признавалась, что, прочитав «Архипелаг ГУЛАГ», проснулась другим человеком и потому ее можно назвать не просто помощницей, но соратницей писателя. Вместе с ним она стремилась рассказать миру правду и сохранить память о безвинных жертвах репрессий советского режима. Вплоть до высылки писателя из СССР Елена Цезаревна принимала деятельное участие в хранении его архива и перепечатке произведений. Ей же принадлежала опубликованная в 1988 году статья «Вернуть Солженицыну гражданство», с которой начался процесс возвращения писателя в Россию. В 2011 году Елене Цезаревне Чуковской была присуждена Литературная премия Александра Солженицына «за подвижнический труд по сохранению и изданию богатейшего наследия семьи Чуковских». Этот подвижнический труд выразился и в подготовке 15 томов Собрания сочинений К. И. Чуковского, выходившего в 2001–2009 годах, и его интернет?версии, подготовленной в 2013 году, по существу второго, исправленного, издания. Но все же главным делом ее жизни стало издание собрания сочинений матери, которое выходило в издательстве «Время» в 2007–2012 годах. До последнего дня своей жизни Елена Цезаревна работала над изданием дневника Лидии Корнеевны: уже на больничной койке она вычитывала корректуру и правила именной указатель последнего из подготовленных ею томов.

Человеческий облик Елены Цезаревны поражал всех, кто даже поверхностно соприкасался с ней, своей исключительной цельностью и душевной красотой. Она как бы воплощала в себе все лучшие человеческие черты: искренность и верность в дружбе, честность, надежность, готовность прийти на помощь.

Евгения Иванова

Яндекс цитирования