ИС: Сайт Архангельской и Холмогорской епархии
ДТ: 2005 год

Невероятно счастливые люди...

28 марта в Архангельске состоялась встреча с Еленой Цезаревной Чуковской. Приезд в наш город внучки мэтра русской литературы Корнея Чуковского состоялся по инициативе областной библиотеки имени Добролюбова и заостровского Сретенского прихода, настоятелем которого является иерей Иоанн Привалов. Надо сказать, что благодаря отцу Иоанну Архангельск уже встречался; со знаменитыми учеными, культурными и общественными деятелями, такими, как Жорж Нива, Сергей Юрский, Ольга Седакова, Никита Струве…

Как рассказал отец Иоанн, все эти люди, в том числе и Елена Чуковская, близки кругу Александра Солженицына:

– Солженицын сыграл своим творчеством большую роль в моем утверждении в вере. Когда я стал читать его книги, стал замечать, что в жизни его окружали какие-то удивительные люди, благородные и какие-то невероятно счастливые. И вот это счастье идет от них каким-то светом… Почему? Потому что это люди христианской культуры. Это люди, которые прошли трудные испытания и всегда жили по совести. В какой-либо сложной ситуации они всегда выбирали жизнь по совести. И вот это наложило отпечаток. И еще я особенно отмечаю в этих людях, что у них слово «да» – это «да», а «нет» – это «нет», и это очень по-евангельски. Одна из ключевых фраз современных предпринимателей: «Извините, обстоятельства изменились». А вот у этих людей обстоятельства не меняются, у них слово отвечает за себя… Исчезающее, малое число этих людей.

С Еленой Цезаревной я познакомился в декабре 2003 года на Солженицынской конференции. Я сидел в зале и уже к концу первого дня понял, что испытываю невероятное счастье только от того, что ее вижу. Она выделялась на фоне всех преподавателей, профессоров….

Елена Чуковская, дочь Лидии Корнеевны Чуковской и Цезаря Самойловича Вольпе, родилась в 1931 году в Ленинграде. В студенческие годы, учась на химическом факультете МГУ, начала помогать Корнею Ивановичу в его работе над альманахом «Чукоккала». После смерти деда в 1969 году она вместе с матерью унаследовала права на его архив и произведения.

Многие годы Елена Цезаревна боролась за опубликование рукописного альманаха Чуковского «Чукоккала», его первое издание вышло только в 1979 году со значительными купюрами. Благодаря ее усилиям сохранен и действует дом-музей К. Чуковского в Переделкине. Сейчас она занимается публикацией книг Корнея и Лидии Чуковских. Она автор многих комментариев и статей, посвященных их творчеству. Кроме того, известность получили ее публикации «Вернуть Солженицыну гражданство СССР», воспоминания о Борисе Пастернаке, сборник статей о Солженицыне.

Дело жизни и чести

При первой встрече с Еленой Цезаревной сразу отмечаешь ее манеру держаться. Никакой нарочитости, ни следа превозношения, «звездности». Но во всем облике благородство, что называется, «голубая» кровь. Свой рассказ она начала не так, как можно было бы ожидать от внучки «дедушки Корнея», тем самым, может быть, слегка разочаровав аудиторию, собравшуюся в Добролюбовке. Она начала свой рассказ с Александра Исаевича Солженицына, близкого для нее и всей семьи Чуковских человека.

С Солженицыным Елена Цезаревна познакомилась в 1965 году. В эти годы он писал «Архипелаг ГУЛАГ» и бился за издание своей другой книги «Раковый корпус». По словам Елены Цезаревны, когда Солженицын в 1958 году задумал книгу о ГУЛАГе, к нему хлынул поток свидетельств бывших зеков, сотрудников лагерей. Сейчас, в наше время, Солженицын готовит новую редакцию «Архипелага», в которой будут названы имена всех 227 человек, которые стали невольными летописцами страшного времени репрессий.

«Архипелаг» – это поразительный сплав лично пережитого и пережитого за других; это пропущенное через собственное сердце, исполненное страданием проникновение в судьбы и чувства сотен людей... Когда писалась эта книга, а потом хранилась для будущего, казалось, что, как только люди ее прочтут, потрясенный мир изменится... «Мне кажется, что осмысление «Архипелага» – его издание, прочтение, обдумывание, обсуждение – в нашем обществе пока не заняло того места, которое должно было бы занять», – говорит Елена Чуковская.

Ей довелось стать свидетелем, как Солженицын работал третью редакцию «Архипелага», то распорядился, чтобы его помощники все предыдущие экземпляры уничтожили. Но Елизавета Денисовна Воронянская (одна из хранителей тайной рукописи – Ред.) не сожгла свой экземпляр... Ее схватили. Пять дней допрашивали... Она назвала место, где хранилась несожженная рукопись. Вернулась домой и повесилась... Для Солженицына это было потрясением. В тот же день он дал распоряжение опубликовать «Архипелаг». Через три месяца в Париже, в издательстве «Имка-Пресс» вышел первый том книги...»

«Выводы, которые я сделала, глядя на Солженицына в те годы, что именно и один в поле воин. Один человек может все. Он сделал то, что считал своим долгом: сохранил память об этой эпохе, сохранил голоса людей, погибших друзей. Он выжил и поэтому должен был рассказать об их судьбе...»

А вот как вспоминает сам Солженицын о времени, когда его жизни появилась Елена Цезаревна:

«Люша (домашнее имя Елены Цезаревны. – Ред.) Чуковская почти пять лет, с конца 1965 года, стояла в эпицентре и вихре моей бурной деятельности: эти годы на ней перекрещивались все линии, все связи. Вопросы, ответы, передачи – и еще потом следующие три года до моей высылки немало шло через нее... Вот когда я узнал, как быстро книги могут вылетать в самиздат! Только успевая, пиши их! Именно Люша помогла мне изменить всю скорость жизни и перейти в непрерывное наступление... Так самоотверженна, действенна и незаменима была Люша, что в начале 1968 года, все более подумывая, что меня может не стать внезапно, а как сделать, чтобы работа моя продолжалась и после меня докручиваться и написанное донеслось бы до будущего, – я стал примеряться, не сделать ли Люшу своим литературным наследником».

Более 10 лет продолжалась ссылка Солженицына, и все это время они поддерживают связь друг с другом. Все годы знакомства с Солженицыным, в том числе после его высылки, Елене Цезаревне не давали покоя «гэбэшники». «Наступило время горбачевской гласности – и Люша же первая теперь крикнула в «Книжном обозрении» – обо мне и чтобы меня вернули на родину... Эта статья («Вернуть Солженицыну гражданство»1) прозвучала сенсационно, вызывающе. Прорвалась пелена общественного напряжения». Солженицыну вернули доброе имя и гражданство в 1989 году.

«Начальник штаба моего...» – так поэтично Александр Исаевичназвал свою мужественную и верную помощницу.

Все гонорары за «Архипелаг» Солженицын передал учрежденному им Русскому общественному фонду. Фонд помогает по всей стране тысячам людей.

Отвечая на вопрос, как относится Солженицын к нашей нынешней жизни, Елена Цезаревна сказала: «Вижу я теперь его редко, потому что чувствует он себя плохо. Настроение у него довольно мрачное. Хотя работает как всегда. А что думает о нашей теперешней жизни, отвечать не буду, потому что не знаю, не хочу быть неточной».

Корней и Лидия Чуковские

В 1969 году, после смерти Корнея Чуковского, Елена Цезаревна по его завещанию  становится наследницей его авторского права. «На меня обрушились все его архивы и все его издания, – рассказывала она. – К 60-м годам положение Корнея Ивановича заметно ухудшалось вместе с положением всей нашей литературы. В это время издавалось его первое собрание сочинений в шести томах. Ему очень хотелось включить в эти книги свои главные критические литературоведческие произведения, и ни одно из них ему не разрешили публиковать. Корней Иванович шутил по этому поводу, что на его могиле напишут: «автор Крокодила». В конце концов он составил седьмой том из тех вещей, которые он хотел опубликовать, но ему это не разрешили». Только после перестройки трудами Елены Цезаревны начинают публиковаться ранее неизвестные читателям работы.

«Он был очень общительным человеком, общался с огромным количеством народа, не мог пройти по улице, не «зацепив» кого-нибудь с собой. В нашем доме бывало до 50 человек в день, – рассказывала Елена Чуковская. – Корней Иванович был добрый, но очень вспыльчивый и очень здоровый. Единственная его болезнь была бессонница, а в остальном – читал всю жизнь без очков, ходил, перешагивая через две ступеньки. Ему было отпущено завидное физическое и душевное здоровье. У него не было большого количества друзей, но огромное количество знакомых».

Еще Елена Цезаревна издает литературные произведения своей матери, Лидии Корнеевны Чуковской. Литературное наследие Лидии Чуковской – стихи, повести, воспоминания об Анне Ахматовой, Борисе Пастернаке, воспоминания о мрачных годах репрессий («Открытые письма», «Записки об Анне Ахматовой», «Софья Перова»...) Лидия Корнеевна участвовала в общественной защите Бродского, Синявского, Даниэля, Солженицына. Когда в 1974 году Чуковскую исключали из Союза писателей, она предсказала, что в Москве обязательно будет площадь имени Александра Солженицына и проспект имени академика Сахарова...

2007 год – год 100-летнего юбилея Лидии Корнеевны и 125-летия Корнея Ивановича. Елена Цезаревна занимается подготовкой издания полного собрания сочинений Корнея Чуковского. В планах – заняться архивом Лидии Корнеевны... Говорит с грустью: «Времени не так уж много впереди...»

Как тонко заметил отец Иоанн Привалов, какие это удивительные люди, благородные и какието невероятно счастливые. Счастливые... Казалось бы, какое может быть счастье – жить в то время, когда вокруг все рушилось, когда вытравляли любые ростки духовности, исторической правды, памяти... Их судьбы драматично вплетены  в историю России. Но им довелось состояться как личностям, не сломаться и в очень  тяжелое, мертвящее время жить по совести... И это, наверное, ключ к тайне их счастья, поскольку согласие с совестью – непременное условие счастья.И,конечно же, к тайне таланта, принесшего столько радости и света в нашу жизнь.

Вполне эти слова относятся и к Елене Цезаревне Чуковской.


Подготовила Мария ЗАСЕЦКАЯ

1. Знаменитую статью "Вернуть Солженицыну гражданство СССР" Вы можете прочитать на нашем сайте. (Прим. Авторов сайта)


ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ